Истинность известной поговорки: «О мертвых либо хорошо либо ничего» кажется непреложной. Но именно – кажется. Ибо не касается тех, кто добровольно, в трезвом уме и ясной памяти, выбрал путь публичной деятельности, особенно – в сфере государственной и причастен к принятию судьбоносных для страны решений, определивших судьбы миллионов сограждан.
Таковым останется в истории Станислав Шушкевич, сегодня скончавшийся. И лично для меня – недоброй памяти, поскольку его имя неотделимо от трагедии огромного числа людей, отнюдь не желавших уничтожения этим нетоварищем их Родины.
Признаться, мне мало знакомы – да и не особо интересны – вехи его пути. Но достаточно одного из них – росчерка пера под похоронившими Советский Союз Беловежскими соглашениями. Я не считаю распад СССР результатом процесса, предопределенным самой логикой исторических событий. И, да, я не склонен преуменьшать масштаб и серьезность кризисных явлений во многих сферах его жизни, но убежден: они не носили патовый характер; напротив, требовали волевых, энергичных и оперативных мер по их преодолению. Нужна была личности государственного масштаба у кормила власти. Таковой не оказалось. Оказались подобные Шушкевичу.
Они, кучка то ли недалеких, то ли крайне корыстных, то ли то и другое, вчерашних партийных бонз в один миг уничтожила мою Родину и открыла ящик Пандоры, что обернулось безвременной гибелью тысяч – или уже миллионов за тридцать минувших лет? – людей.
После 1991-го Шушкевич прожил тихую и относительно спокойную жизнь. Не знаю, раскаивался ли в содеянном преступлении. Именно так – преступлении.
И я считаю, его имя перейдет в историю с осуждением. Таков мой отклик на смерть Шушкевича, как, впрочем, и Ельцина. Последний успел еще и попозорить мою страну.
А Вы что думаете, уважаемые читатели, верна ли приведенная мною выше поговорка в отношении публичных деятелей? И считаете ли Вы гибель СССР исторической неизбежностью?
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал .
Игорь Ходаков