Виктор Степанович сидел на кухне и думал, вот что мне не хватает. С женой прожили тридцать пять лет. Не идеально, конечно. Всё было: и без работы сидели, каждый по отдельности, и радости, и печали. Дочку замуж отдали. Внук пошёл в школу. Отдалились друг от друга. Хотел её обнять, так она оттолкнула, мол пусти, дурень, нечем тебе заняться? Стал грушу резать в сушилку. Я её всегда режу.
Мысли Степаныча прервала жена.
- Ну, чего, опять в телефон пялишься? Или мечтаешь о чём? Занялся бы полезным чем-то.
- Марусенька, иди сюда. Я хочу тебя обнять и поцеловать.
- Ты че? Сдурел, дед.
- Да какой же я дед?
- Это что же от внука отказываешься?
- Маруся, не кипятись. Я , в смысле, не старый ещё.
- Не старый ещё. На работе, небось девок щупаешь.
- Маруся, каких девок? У нас одни мужики.
- Кончай разговоры разговаривать. Займись делом.
На этой фразе Мария вышла из дома.
Наверное пошла к соседке, подумал Виктор Степанович. Вот вечно, настроение испортит. Дура!
Он открыл телефон. Вот Марина. Светится её синий огонёк. Одна отдушина. Привет, привет. Пока, пока. Хороших и сладких снов. И всё. Такое общение. А нам больше ничего и не надо. Конечно хорошо бы встретится на яву. Но, как? Может быть она не согласится. А если согласится? Что тогда? Нет, не надо портить то маленькое, что есть друг у друга. Надежда? Нет, надеждой не назовёшь. Мечты. Да, мечты. В коридоре опять раздались шаги Марии. Она только открыла было рот, а Виктор сделал вид, что что-то делает. Довольная прошла в комнату, потом вышла опять.
Блюдо груш было нарезано. Степаныч уложил их в сушилку, и процесс пошёл.
Открыл телефон. Огонёк еще светится.
Отослал стикер
,, привет,,. В ответ получил такой же.
Поглядел в окно, жена сидела с соседкой на лавочке, нажал на трубку в Одноклассниках.
- Алё! Слушаю, Витя.
- Привет, Мариш! Рискнул позвонить. Не отвлекаю?
- Не отвлекаешь. Я, правда, в супермаркете. Но, из отдела вышла. Сейчас, вот тут присяду.
- Марин, я не решался сказать. Может встретимся?
- А ты хочешь?
- Конечно, Маришка.
- Тогда, ладно. Спишемся.
Она отключилась.
,, Пока. Целую и обнимаю". "Пока".
Виктор увидел, что Марина прочитала, и стёр переписку.
Ночью ему не спалось. Он было обнял жену, но она проворчала:
- Отстань. Не мешай спать.
- Маруся не ворчи. Неужели тебе неприятно?
- Я спать хочу.
Степаныч отвернулся с мыслями о Марине. Потом взял телефон и вышел на крыльцо покурить. Он курил мало. Если на работе, когда дежурил, да за компанию. Дома, да еще ночью, никогда.
Открыл сообщения Марины и написал.
" А я женат, капитально."
Она ответила стикером ,, Всё, прощай навек!,, Потом Виктор увидел, что огонёк погас. Он не находил места. Ругал себя, ну кто дернул, мол, его написать.
Утром, на работе Степаныч написал:
- Можно, позвонить?
И получил ответ:
- Можно.
- Мариночка, привет.
- Привет, Витя. Что ты женат, я поняла сразу. Все записи, стираешь. Чтобы жена не увидела. Так?
- Так, Маришка, так. А мы будем переписываться? Ты не против?
- Конечно, не против. Мне , просто, стало смешно, и я отправила стикер. Что женат, я догадалась.
- Но, мы когда нибудь встретимся?
- Может быть.
- Я тогда тебя поцелую, если , ты не будешь возражать.
- Не буду. Но не сейчас. Время тяжёлое, вирус. Не знаешь, где подцепишь. Лишние встречи.
- Ну, ладно. Не сердись на меня.
- Да, что ты, Витя. Конечно, не сержусь.
Степаныч немного успокоился.
Но, весь день думал о Марине, мечтал. И только вечером вспомнил о жене. А она, как раз и позвонила.
- Чё, не звонишь? Работаешь. Занят.
- Маруся, мне мужики оставили интересный журнал, читал.
- Ладно. Завтра не забудь хлеба купить, и мне шоколадку.
- Хорошо, Маруся.
Целую.
- Ох, расцеловался. Пока.
Жена отключилась.
А Марина, после того как положила трубку, подумала, видно что-то не хватает мужику. Нежности, что ли. А она не прочь бы встретиться. Поцелуй? Да, хочется поцелуя. Сильное мужское плечо. Чтобы положить голову. И нежности. Да просто, уютно расположиться, к примеру, на диване.
Ой, подумала она. Какая любовь, нежность? Посмотрела бы лучше на себя в зеркало. А что? Выгляжу неплохо.
Ладно, время покажет. Но, об этом, я подумаю не сейчас, завтра. И хватит забивать себе голову.