Генерал Кириченко, командир 17-го казачьего корпуса, наблюдал со своего НП за боем. Один из бронепоездов с утра выбрал позицию и сейчас наносил артиллерийский удар по немцам.
На их позициях заплясали дымные разрывы, по бегущим нацистам ударили пулемёты.
Кириченко дал команду на атаку. Кубанцы вылетели и ворвавшись на немецкие рубежи, принялись гнать противника.
Шли упорные бои. И 16-й дивизион бронепоездов, состоящий из двух боевых единиц, постоянно был в сражениях. Постоянно приходилось сопровождать составы с личным составом и вооружением, санитарные поезда.
Бронепоезда были вооружены пушками, пулемётами, имели зенитное вооружение и являли собой грозную силу.
После подмоги в конной атаке бронепоезд уходил на свою позицию, как вдруг в небе появились мессершмитты. Видимо, их навели раздосадованные сегодняшним поражением пехотные немецкие командиры.
Однако, зенитчики были готовы.
Ударили Максимы, трассеры засверкали в воздухе. Немцы, встретив отпор, покружились в отдалении, обстреляли кого то на земле и ушли.
Уже ближе к полуночи командиру бронепоезда доставили пакет из штаба дивизиона. Ему приказывалось помешать переправе немцев через Кубань.
По информации разведки, нацисты хотели навести там понтонный мост.
Комброн посовещался со своими командирами, и те решили, что если наводят понтонный мост, значит, пойдёт техника.
Звякнул телефон. Связь была подцеплена к железнодорожной линии. Командир бронепоезда взял трубку. Выслушав, он сказал своим, что им на поддержку выделяют эскадрилью «чаек».
Лётчики нанесут удар по переправе, как только рассветёт.
Ещё затемно бронепоезд буквально подкрался к Кубани. Разведка отправилась на дрезине и вернувшись, доложила, что понтонный мост почти готов.
В небе было пусто, никакой авиации не наблюдалось.
Бронепоезд вышел на дистанцию огня прямой наводкой. В это время по наплавному мосту уже шли танки.
Передний танк выползал на берег. И тут ударили орудия бронепоезда. Прицел был по мосту. Его повредили в нескольких местах, шедшие по нему танки начали сползать в реку, опрокидываться.
Двумя выстрелами был подбит и тот танк, что уже добрался до нашего берега.
За несколько минут бронепоезд успел сделать три залпа, которые полностью нарушили переправу.
С того берега Кубани начали бить танки, как потом узнали разведчики, здесь стремился переправиться танковый полк. Он уже потерял шесть машин, пять утонуло и ещё одна горела на этом берегу.
Бронепоезд ушёл на заранее выбранную закрытую позицию.
Оставив корректировщиков огня на берегу, орудия бронепоезда вели огонь по скоплению техники.
Там загорелись два бензовоза, ещё несколько танков было повреждено, солдаты и танкисты, бросая технику, начали разбегаться.
В это время над бронепоездом прошли две «чайки».
Они ударили по немцам на том берегу Кубани эрэсами, а потом прошлись пулемётными очередями. Зацепили машины с боеприпасами, те начали рваться.
Место немецкой переправы заволокло дымом, сквозь который тут и там пробивалось пламя.
Возвращаясь обратно, И-153 покачали крыльями, проходя над бронепоездом. Вскоре и тот, дождавшись возвращения своих корректировщиков огня, двинулся в своё расположение.