Сейчас мне попалась в ленте цитата Федора Абрамова, советского писателя, одного из наиболее известных представителей так называемой «деревенской прозы». Причем, посвященной именно Русскому Северу:
«Просторы, дали. И ещё воля-вольная. Не свобода, нет, а особое чувство, которое возникает у вас на Севере. Парение над землей. Особое ощущение жизни, простора, свободы. Чувство полёта, крыла. И не за этим ли летят сюда птицы с юга? Чтобы ощутить эту волю, изначальность мира… Я езжу за волей на Север».
В этой цитате меня зацепила мысль, что Абрамов "Периодически ездит на волю на север". Немного странно звучит цитата, вроде как из тюрьмы человека отпускают, а потом он обратно возвращается. Хотя, наверное так и есть у большинства людей, отпуск = временная воля.
В самом деле, судя по скудной информации в Википедии Абрамов жил на севере только лет до 18, после чего уехал учиться в Ленинград, потом воевал, потом доучился и дальше жил и работал в Ленинграде, где и умер. Наверное действительно в отпуск периодически на север и ездил.
Вообще об "особой северной воле" я в последнее время часто рассуждаю и прихожу к мысли, что воли там все меньше и меньше, хотя какое-то время она там действительно была. А сейчас что? Нацпарки, пограничники, ковидные ограничения, вплоть до того, что целые села на карантин закрывали, запрещая северянам въезд и выезд, и все прочее, связанное с постепенным наступлением цивилизации... О какой особой свободе тут можно говорить?
К счастью, нам с мужем повезло путешествовать по северу в самый свободный период, в начале 2000-х годов. Сейчас гайки все сильнее затягиваются и чем доступнее и интереснее людям становится север (и Арктика), тем меньше там становится свободы. И той самой воли.
Но так ли все плохо?
По моим ощущениям какая-никакая воля осталась в местах, не интересных ни государству, ни бизнесу, ни военным, ни туристам, ни природоохране с их вездесущими ООПТ, ограничивающими свободу передвижения.
Там, где нет достопримечательностей, природных красот и хороших дорог (а еще лучше, когда дорог нет в принципе) - вот там еще эта самая воля есть. Правда, там нету более ничего кроме нее.
Таким образом воля есть в условной тундре, где нет путей сообщения, нет гостиниц, музеев, магазинов, больниц и прочих необходимых современному человеку благ. Где нет никаких красот и ничто не привлечет среднестатистического туриста. Где нет богатой рыбой рек, с турбазами, нет военных объектов, нет вообще ничего.
И даже нет интересных забросов, потому что и они начали привлекать турфирмы. Просто пустота, болота, озера, тундра, множество зайцев и птиц, и какой-нибудь одинокий охотник в избе, или оленевод, случайно проехавший мимо.
Также воля есть в малонаселенных деревнях, куда сложно проехать, нет каких-то привлекательных рыбных водоемов или мест охоты, а только несколько старых домов. Вот там тоже о какой-никакой воле можно говорить. И все, пожалуй.