Очень часто можно услышать от налоговых юристов советы, что непредоставление чего-либо по требованиям в рамках камеральной проверки - это только на благо компании, ничего страшного произойти от этого не может, и можно потянуть таким образом время.
История, изложенная ниже, наглядно даёт понять, что и в рамках камералки особо "горячие" инспекции (в данном случае, известная своей "горячностью" ИФНС 18 по г. Москве) могут попортить компании не мало крови.
По итогам 2019 года компания представила декларацию по налогу на прибыль с показателем выручки, равным 0 рублей, при этом суммарный объём выручки, отраженный в декларациях по НДС, был равен 75 млн. руб.
Все попытки инспекции получить пояснения относительно расхождений показателей в декларациях по НДС и прибыли были оставлены компанией без ответа,равно как и предложения внести исправления в декларацию в случае наличия в ней ошибки.
Что сделала дальше инспекция? Запросила у контрагентов компании, поименованных в книге продаж, все первичные документы по сделкам с компанией, и на основании их, доначислила расчётным путем налог на прибыль со всей суммы полученных компанией за год доходов (75 млн руб.), уменьшив эту сумму доходов лишь на расходы по оплате труда в сумме 5 млн руб (в отношении которых в инспекции имелись сданные компанией справки 2-НДФЛ).
Получив решение о доначислении налога на прибыль почти со всей суммы выручки, компания резко активизировалась, наняла юриста, с помощью которого пошла оспаривать решение инспекции в суд, а также сдала уточненную декларацию по налогу на прибыль, где указала полную сумму выручки (равную в итоге выручке в декларациях по НДС) и все виды понесенных расходов. То есть сдала ту самую уточненную декларацию, которую и просила ее сдать инспекция, присылая запросы во время камеральной проверки😳
Но, естественно, ранее принятое решение инспекции по камеральной проверке с доначислением налога на прибыль в сумме 14 млн руб., который пришлось заплатить по инкассо, эта уточненная декларация отменить уже не могла.
Далее компания в течение 2 лет ходила в суды трёх инстанций, где, с помощью юриста, смогла отменить решение инспекции, сославшись на то, что инспекция неправильно применила расчётный метод и не учла все расходы, которые должны были уменьшать налог на прибыль,не запросила документы у контрагентов - поставщиков и пр.
❗То есть, ещё раз обратим на это внимание: заплатив сначала по решению о доначислении 14 млн руб. налога вместо полагающегося 1 млн руб., компания, 2 года неся расходы на юриста и участвуя в трёх судебных процессах, сделала что? Предоставила в суд те же пояснения и расчёты налога на прибыль, что изначально запрашивались у нее налоговой инспекцией при камеральной проверке. И получила в итоге тот же результат, какой был бы, если бы уточненка и пояснения были предоставлены ей тогда, когда об этом приходили запросы инспекции...
В суде компания упомянула про ковид, и что, мол, ввиду него она не предоставляла инспекции своевременно пояснения. Верится с трудом, но если действительно все год болели, то это хоть как-то оправдывает бессмысленность действий компании.
Выводы же мы предлагаем сделать из этой истории тем компаниям и юристам, которые очень любят отказывать инспекциям в получении "лишних" пояснений и документов, руководствуясь принципом "чем меньше даём, тем лучше для компании".
Этот принцип, как минимум, сильно устарел с учётом развития степени автоматизации работы налоговых органов и наличия у них более 90% той информации, которая запрашивается у компаний. Кроме того, из оставшихся 10% запрашиваемой информации, большую часть инспекция, при большом желании, также в состоянии получить в альтернативных источниках. Лишь примерно 1-2% запрашиваемой информации действительно обычно стоят того, чтобы ее не предоставлять и действительно способны нанести какой-то вред интересам компании или увеличить потенциальные доначисления.
Первоисточник: Постановление АС МО от 06.04.2022 по делу А40-115936/2021.
