Как только дверь за взрослыми закрылась, Дарина посмотрела на племянницу, которая продолжала копошиться в земле.
— Знаешь, иногда так бывает, что обстоятельства складываются против нас — Дарина отвернулась к окну. — Мы пообещаем что-то кому-то, а сами чисто физически не можем выполнить это обещание. Не из-за того, что не хотим, наоборот, стремимся это сделать. Но у нас не получается.
— Позвонить нельзя было и предупредить, что Женя не приедет? — буркнула Надежда.
— Нет, нельзя, — не поворачиваясь к девочке, ответила Дарина. — Когда Женя приехала позавчера от тебя домой, то застала свою маму в плачевном состоянии. Ее отец, Петр, пришел к Варваре и стал требовать от нее деньги.
— За что? — Надежда встала, отряхнув себя от земли, и подошла к гостье.
— Петр сказал, что его жена должна ему компенсацию за прожитые с ней годы, — горько усмехнулась Дарина. — От его слов Варвара разнервничалась, и у нее подскочило давление. Ладно сиделка вовремя пришла домой и, увидев эту картину, вызвала скорую помощь. Марина с Женей почти до обеда вчерашнего дня находились в больнице, ожидая новости о состоянии здоровья Варвары. А потом у сестры возникли срочные дела. Ей было просто необходимо, скажем так, поговорить со своим отцом, — девочка фыркнула, вспомнив этот разговор.
— Как неприятный и мерзкий тип, — рассердилась Надежда. Затем, вспомнив, что он является отцом Дарины, покраснела. — Извини, я совсем не это хотела сказать.
— Ты все правильно сказала, — Дарина посмотрела на племянницу. — Знаешь, когда я жила с мамой, и она меня ругала, то в этот момент мечтала о папе. Думала, что он хороший, и когда меня найдет, то я буду жить с ним. Папа будет меня защищать и оберегать. А на самом деле, мне очень повезло, что он от меня отказался.
— Моя настоящая мама тоже от меня отказалась, — прошептала Надежда.
— Зря ты так говоришь, — Дарине хотелось рассказать, кто ее настоящая мама. Но она хорошо помнила слова Евгении о том, что та не хочет торопить события. — Как говорит моя сестра, в этой жизни всякое бывает. Ты же знаешь, что Петр без ее согласия сбагрил ее дочь в Дом малютки, а Жене сказали, что дочка умерла. Моя сестра все это время сильно убивалась по своей дочке. А недавно Женя узнала, что та врачиха, которая сдала ее дочку в Дом малютки, моя тетя. И сестра не стала писать заявление на Октябрину в обмен на информацию о дочке.
— Знаю, мне твоя сестра рассказывала, — вздохнула Надежда. — Только я не понимаю, зачем ее отец с ней так жестоко поступил.
— Слушай, у меня есть одна видяха, — тихо произнесла Дарина, оглядываясь по сторонам. Ей не хотелось, что Евгения случайно узнала об этом видео. Вчера вечером девочка заранее приготовила телефон, чтобы заснять обряд мести. Дарина сама не знала зачем ей это видео. Но как оказалось сейчас, что она все правильно сделала. — Я тебе сейчас ее покажу. Только у меня есть два условия.
— Каких? — Надежду распирало любопытство.
— Первое, ты не скажешь моей сестре о том, что видела, — озвучила Дарина.
— Хорошо, — согласилась девочка. — А второе?
— Ты не будешь спрашивать, почему главный герой этого видео лежит на полу связанным, — Дарина многозначительно посмотрела на племянницу. — Это Петр, наш с Женей отец. Вчера был момент истины.
— Ничего себе, — прошептала Надежда.
Дарина протянула телефон племяннице с включенным видео. Надежда смотрела на происходящее на экране с широко открытыми глазами. Боже, какой же этот Петр противный. Избавиться от родной внучки только лишь из-за того, что всю жизнь ненавидел жену и дочку. Евгения была ни в чем не виновата перед своей дочкой. Она всего лишь жертва обстоятельств.
— Бедная Женя, — прошептала Надежда, когда ролик закончился. — И где сейчас ее отец? Он уехал из города?
— Да, вчера вечером, — кивнула головой Дарина. — Виталий с другом проследили за ним.
— Надеюсь, что теперь Женя с мамой будут жить спокойно, — Надежда передала телефон девочке. — Получается, что дочка Евгении жива.
— Да.
— А почему Женя ее не ищет? — недоуменно спросила Надежда.
Дарина не знала, как поступить. Она помнила слова сестры о том, что всему свое время, но может быть это время уже наступило именно сейчас?
— Надя, Женя нашла свою дочку, — Дарина посмотрела на племянницу.
— И где она? — с волнением в голосе спросила Надежда.
— Здесь.
— Где здесь? — нахмурила брови девочка. — В нашем Детском доме?
— Да, и зовут ее Надежда, — Дарина с испугом посмотрела на девочку. Как же она воспримет эту информацию? Дай бог, чтобы Надежда была рада, что ее мама нашлась. А что если наоборот, девочка будет зла на Евгению? Обычно, Дарина не верила в разные приметы, но сейчас скрестила пальцы. Хоть бы Надежда была рада этой новости.
— Но в здесь только одна Надежда, — девочка с трудом говорила, так как ей мешал ком в горле. — Это я...
— Да, ты — моя племянница, — Дарина расплакалась. Ее нервы не выдержали.
— А ты моя тетя, — Надежда крепко прижала к себе родную кровь. Узнав, что ее родители ей неродные, то несмотря на обиду на родную мать, девочка мечтала найти своих настоящих родственников.
— Не злись, пожалуйста, на Женю, — попросила Дарина, вытирая слезы. — Она ни в чем не виновата.
— Я знаю, — кивнула головой Надежда. — И я не злюсь на нее.
— Спасибо.
— Скажи, если я сейчас подойду к Жене... — девочка запнулась. Ей очень хотелось сказать слово «мама», но она не знала, как к этому отнесутся Женя и ее родственники.
Когда Надежда потеряла своих родителей, то думала, что уже никогда и никому не скажет «мама», но судьба дала ей второй шанс снова стать любимой дочерью. И обрести любимую маму.
— И что? — поинтересовалась Дарина.
— И обниму ее, она будет против?
— Нет, ты что, — замахала руками девочка. — Жене будет очень рада этому.
— И чему я буду рада? — прозвучал женский голос. Обернувшись, девочки увидели, что Тамара Андреевна и Евгения вернулись в оранжерею.
— Я все знаю, — прошептала Надежда. Она смотрела на Евгению и старалась понять, что та чувствует.
— Что ты знаешь? — от волнения в горле Евгении пересохло. Она посмотрела на Дарину, которая стояла и улыбалась.
— Ты моя мама! — Надежда подошла к Евгении и крепко обняла. В первые секунды женщина растерялась. Ее дочка назвала ее мамой. Или это просто Евгении послышалось?
— Что ты сказала? — Евгения боялась, что Надя скажет сейчас что-то другое. А женщина выдает желаемое за действительное.
— Я знаю, что ты моя настоящая мама, — девочка посмотрела на Евгению, которая не верила своему счастью.
— И ты меня прощаешь? — Евгения крепко обняла дочь. Теперь она ее никуда и некогда больше не отпустит.
— Женя... мама... — Надежда произнесла это слово аккуратно, словно пробуя его на вкус. Она двенадцать лет называла мамой другую женщину. — Мама, ты ни в чем не виновата.
— Надюша моя... — Жене казалось, что это все сон. Сейчас она откроет глаза, и снова в ее жизни будет все по-старому.
— Как это трогательно, — Дарина достала телефон и сделала фотографию, как ее сестра и племянница первый раз обнимаются.
— Спасибо, — прошептала Евгения.
Как же хорошо иметь младшую сестру...
Прошло полгода. Евгения забрала дочь из Детского дома. Ей пришлось немного повоевать с органами опеки и родственниками приемных родителей Надежды. Но суд, приняв во внимание выбор девочки, что она хочет жить с Евгенией и Виталием, принял правильное решение.
Виталий всячески помогал Евгении во время суда. Они даже съехались, чтобы у органов опеки не возникло сомнений в искренности их семьи.
— Спасибо тебе большое, — выйдя из зла суда, сказала Евгения.
— Да не за что, — махнул рукой Виталий.
— Как это не за что, — возмутилась женщина. — Ты даже женился на мне, чтобы создать видимость того, что у нас семья.
— Рад помочь, — неожиданно Виталий обнял жену. — Милая, я поздравляю тебя с победой. — Он выразительно посмотрел на жену, и Евгения поняла, что рядом с ними кто-то посторонний.
— Радуетесь победе? — прошипела тетя Надежды, сестра погибшей приемной матери девочки. — Все равно, вы ничего не получите от наследства моей сестры.
— А нам ничего и не надо, — улыбнулась Евгения. — Главное, чтобы дочка жила с нами.
— Мы ничего не получим, ведь равно все достанется Надежде по достижению ею восемнадцати лет, — добавил Виталий.
— А это мы еще посмотрим, — фыркнула женщина. Она резко развернулась и пошла по коридору на выход.
— Какая неприятная особа, — Евгения смотрела ей вслед. — Слава богу, что суд оказался на нашей стороне.
— Ну что, родители, поехали домой? — спросила подошедшая к ним Надежда.
— Я, наверно, к себе домой поеду, — с неохотой произнес Виталий. — Теперь в моем присутствии в вашей квартире нет необходимости.
— В смысле к себе? — опешила девочка. — Ты так-то теперь мой отец.
— Я знаю, — улыбнулся мужчина. — И от тебя не собираюсь отказываться.
— Виталий, Надя права, — Евгения посмотрела в глаза мужу. — Поехали домой.
— Ты уверена? — спросил мужчина.
— Да...
Варвара, пройдя курс реабилитации, практически восстановилась после инсульта. Она сама ходит, опираясь на трость. Но для нее и это было замечательным результатом. Ее врач, Александр Александрович, стал ухаживать за ней. Варвара поначалу была против новых отношений, но настойчивость и забота сломили женщину. Если с Петром она знала только унижения и побои, то теперь Варвара познала другую сторону отношений — ее любили, оберегали, заботились. И она старалась отвечать тем же.
Октябрина, чувствуя свою вину перед Евгенией, старалась всячески ей помогать. Так как Дарина и Надежда были одного возраста, то они учились в одном классе. Октябрина с удовольствием занималась девочками, пока Евгения была на работе.
Евгения была счастлива рядом с Виталием. Ее огорчало только одно — она не может подарить любимому мужчине ребенка. На что Виталий всегда отвечал, что ему достаточно дочки, которая родит пятерых внуков.
— Вот тогда-то у нас с тобой и начнутся бессонные ночи, — улыбнувшись, Виталий крепко обнял жену. — А пока давай наслаждаться жизнью.
Евгения счастливо улыбнулась. Все-таки нужно сказать спасибо Петру, за то, что его действия привели к знакомству с Виталием. И она снова стала счастливой.