О Войковской, плавно переходящей в Коптево, о старых дворах и о том, почему квартиру № 1а надо было искать на третьем этаже рассказывает Марина Миклоши.
Когда мы были совсем малыши или чуть постарше - пионеры и октябрята - у нас были дворы. Повезло тем, у кого они и потом сохранились.
Мы с 1973 года жили в районе Бутырского хутора, и в 1979-м, когда я замуж выходила, дворы еще были.
До этого мы жили на Большой Академической улице, в домах барачного типа, но наш был поцивильнее - после войны надстроенный еще двумя этажами, такая милая желтая четырехэтажка с тремя подъездами.
Номер квартиры у нас состоял из цифры и буквы. Чтоб после пристройки этажей не заставлять старых жильцов привыкать к новой нумерации, на первых двух этажах сохранились обычные №№ 1, 2, 3, а на третьем и четвертом располагались квартиры №№ 1а, 2а, 3а. Непосвященному человеку, конечно, догадаться было нелегко.
Наш дом выходил окнами на улицу Зои и Александра Космодемьянских (до 1960 года Новоподмосковная улица), стоял на второй линии, на первой - деревянные бараки. Неподалеку - Коптевские бани.
Дворы у нас были шикарные, а уж какие палисадники с мальвами - красота. Позади дома росли сады, посаженные теми, кто жил на первом этаже, ребята туда лазили за вишней, яблоками. В одном садике стояла собачья будка, там жила собака Альма. В другом саду имелся маленький сарайчик, там хозяин держал инвентарь и сторожил свой сад от налетов.
Взрослые дяди за столом играли в домино - "забивали козла". Тетеньки вывешивали во дворах белье сушиться, а мы гоняли с утра до ночи всем гуртом. Что удивительно, среди участников дворовых игр были и ребята постарше, и мы, малыши, нас никогда не прогоняли.