Греческий гитарист-виртуоз Гас Джи (настоящее имя Константинос Карамитрудис), который некоторое время был участником группы Оззи Осборна, дал интервью Blabbermouth.net. Гас ответил на вопрос о том, хотел ли он сделать свой сольный проект инструментальным в духе Джо Сатриани или Стива Вая: «Я начинал с этого, потому что не мог найти вокалиста. Я сделал демо-записи и развивал свой песенный почерк, но мне всегда нравились треки с вокалом. Я вырос на MICHAEL SCHENKER GROUP и RISING FORCE Ингви Мальмстина. Мне нравилось сочетание крутого гитариста и крутого певца, но я не мог найти вокалиста. В тот момент я не знал, во что превратится этот проект. В 2000 году я подписал контракт с Leviathan. Идея заключалась в том, чтобы материал был с вокалом. Конец 1990-х был очень тяжёлым временем для инструментальных гитаристов. Примерно в конце 1990-х я находился в Штатах в течение года. Это было очень обескураживающе, из серии: "Появились все эти группы вроде LIMP BIZKIT". Гитарные соло были не в поч
Греческий гитарист-виртуоз Гас Джи (настоящее имя Константинос Карамитрудис), который некоторое время был участником группы Оззи Осборна, дал интервью Blabbermouth.net.
Гас ответил на вопрос о том, хотел ли он сделать свой сольный проект инструментальным в духе Джо Сатриани или Стива Вая:
«Я начинал с этого, потому что не мог найти вокалиста. Я сделал демо-записи и развивал свой песенный почерк, но мне всегда нравились треки с вокалом. Я вырос на MICHAEL SCHENKER GROUP и RISING FORCE Ингви Мальмстина. Мне нравилось сочетание крутого гитариста и крутого певца, но я не мог найти вокалиста. В тот момент я не знал, во что превратится этот проект. В 2000 году я подписал контракт с Leviathan. Идея заключалась в том, чтобы материал был с вокалом. Конец 1990-х был очень тяжёлым временем для инструментальных гитаристов. Примерно в конце 1990-х я находился в Штатах в течение года. Это было очень обескураживающе, из серии: "Появились все эти группы вроде LIMP BIZKIT". Гитарные соло были не в почёте. Это было совсем не круто. Я не собирался меняться, потому что тенденция изменилась. Я решил вернуться в Европу после опыта, полученного в Штатах. В итоге я оказался в Швеции. В середине 2000-х гитара снова стала популярной».
На вопрос о том, смог бы он сыграть в возможном туре, посвящённом Эдди Ван Халену, о котором ходят разговоры в последнее время, Гас ответил так:
«Было бы очень сложно и трудно сделать это как следует. Я не знаю, кто бы смог это сделать. [Смеётся]. Это было бы страшно. Джо Сатриани — один из немногих, кто смог бы это сделать, потому что он такой, какой есть. Он уникальный гитарист. К тому же он уже делал это раньше с DEEP PURPLE. С технической точки зрения я думаю, что вряд ли я был бы подходящим гитаристом, потому что я не использую whammy bar. Я играю на постоянном, фиксированном бридже. Я не использую фишки с whammy bar. Я играю теппингом, но не так часто, как другие ребята. Смогу ли я это сделать? Смог бы я выучить песни? Конечно. Я мог бы это сделать, но я не думаю, что я был бы подходящей кандидатурой для этого. Гитаристу страшно оказаться в центре внимания. Меня это пугало 12 лет назад, когда я выступал с Оззи. Я никогда не думал о себе как о гитаристе такого типа, но когда Оззи посмотрел на меня и сказал: "Ты тот самый парень", я начал думать об этом по-другому: "Ну, если он это видит, значит, я должен больше верить в себя". [Смеётся]».