Друзья, верите ли вы знаки судьбы? Когда все складывается, одно к одному - может, не совсем понятно для нас, но с какой-то определенной целью?
Ким Филби - "первый человек" Кембриджской группы шпионов, о которой мы ведем разговор
хоть и был атеистом и марксистом, но таки почувствовал какие-то странные вибрации в воздухе, когда советские кураторы озвучили ему новое задание. Он должен поехать в Испанию.
На самом деле Ким уже много раз бывал в Испании - в детстве они с семьей ездили туда отдыхать, там он научился водить свой мотоцикл, выучил испанский язык. "Об Испании я много читал, а мечтал еще больше".
(Кстати в этом блоге вы тоже много найдете про историю Испании)
Причина, по которой советские кураторы отправляли Филби в Испанию, на самом деле проста. После мятежа генерала Франко там началась гражданская война, и Дейч с Малли посчитали, что пора бы ускорить чуть затянувшуюся фазу ученичества Филби. Ему была поставлена задача внедриться в английскую разведку, а считалось, что сотрудников туда частенько набирают из журналистов. Освещение войны в Испании было лучшим способом сделать себе имя в большой журналистике, а значит, и попасть в поле зрения разведки.
К тому моменту деятельность Филби по изданию журнала под эгидой Англо -германского сообщества (история, о которой мы упоминали в прошлый раз)
сошла на нет. Изначально предполагалось, что издание будет финансироваться торгово-промышленными кругами обеих стран. Но на беду это дело заприметил герр Риббентроп, отчаянно рвавшийся сделать карьеру, и начал действовать с присущим ему слоновьим изяществом. Риббентропу не нужно было даже номинально независимое издание, ему нужно было поставить галочку в графе "выполнено" и отчитаться перед фюрером. Не более того. Поэтому он начал прессовать Филби и Тэлбота по поводу скорейшего запуска журнала - для чего готов был выделить финансирование вот прям сейчас.
Филби, осознавая, что его цель не корзина печенья от нацистов, а внедрение в английскую разведку - поспешил уволиться. Работа в органах пропаганды Рейха - все-таки не лучшая строчка в резюме для английского карьериста. Не могу не отметить - всем бы такую разумность в 24 года! С другой стороны... сотрудники НКВД были столь хороши как карьерные консультанты (примеры чего мы еще не раз увидим), что им можно было бы со своих подопечных деньги брать.
Но и тусовки в обществе англо-германской дружбы не прошли даром, Филби завязал связи достаточные, чтобы поездка осуществилась. Рекомендательное письмо маркизу Пабло Мерри дель Валю (главе военной цензуры Франко) для Кима написал герцог Альба, а аккредитацию Филби получил от журнала "Геополитика", издаваемого Карлом Хаусхофером.
Но на шее Кима в тот момент висел тяжкий груз. Помимо планов касаемо журналистики, советская разведка озвучила ему еще кое что... Центр хотел, чтобы Ким внедрился в окружение Франциско Франко и убил его. Ну или помог бы убить.
В Центре тогда как раз воцарился Николай Иванович Ежов- так что не удивляйтесь этим фантастическим идеям.
Не все тогда понимали, кто такой Ежов и с какой целью он воцарился, поэтому Теодор Малли, защищая Кима перед начальством и стараясь отмазать от дурацкого задания, проявил опрометчивую непочтительность.
"Зенхен вернулся в очень угнетенном состоянии духа. Ему не удалось добраться до интересных объектов. Но я думаю, вернее чувствую из разговоров с ним, что если бы ему даже удалось пробраться в Саламанку, если бы ему даже удалось добраться до Франко, то несмотря на его желание, он не в состоянии был бы выполнить то, что от него требовалось. При наличии у него преданности и готовности жертвовать собой, у него не хватает для этого физической храбрости и прочих данных".
В принципе, не понятно - зачем убивать Франко должен был именно Филби, если у того же Орлова в Испании была целая толпа боевиков.
Как бы то ни было - идея с убийством сошла на нет, и никто о ней больше не вспоминал.
Зато идея с большой журналистикой сработала. Филби вернулся из Испании со статьей, которую прочел его отец Сент Джон и посоветовал отправить в "Таймс". Старший Филби, наконец, решил показать, что он не отец-кукушка: поговорил по поводу журналистской карьеры сына с заместителем главного редактора, и "Таймс" согласилась отдать статью в печать.
"Мало того, редакции настолько понравилась статья, что они мне предложили поехать в Испанию в качестве постоянного корреспондента.
Это была желаемая Р- Респектальность.
Перед отъездом Малли поручил Киму наладить в Испании связь со старым знакомым "Большим Биллом" Орловым, который внезапно оказался важной советской шишкой в республиканской армии. Встречаться они должны были во французской Нарбонне, не реже двух раз в месяц. В принципе все корреспонденты постоянно гоняли во Францию (отвлечься и по рабочим делам), так что в этом не было ничего подозрительного.
Во франкистских рядах Кима приняли как родного.
"Как бывший член Общества англо-германской дружбы,я был знаком с немецкими дипломатами, офицерами, включая сотрудников внешней разведки. Сотрудники абвера часто приглашали меня в свой штаб, причем даже не убирали карт и продолжали за шнапсом обсуждение всех планов и проблем".
Тем временем в Испании у Кима завязался роман. Фрэнсис Добл, в замужестве леди Линдсей-Хогг была полной противоположностью его первой жены - активистки Коминтерна Литци Фридман.
Фрэнсис по происхождению была канадкой, дочерью банкира, решившей в свое время попробовать себя на лондонской театральной сцене. Успеха как актриса, она не добилась, а вот как светская львица - вполне. Вышла замуж за баронета, развелась... и прожигала жизнь на шикарных европейских курортах. В Испании она оказалась по причине наличия виллы в Марбелье, а также из-за глубокого уважения к генералу Франко. Леди Фрэнсис была фашисткой. Разумеется, все вышеобозначенные офицеры Абвера и прочие лежали у ее ног. Но она выбрала застенчивого английского журналиста с широко распахнутыми глазами и милым заиканием.
Но самую большую популярность в Испании Киму принесло не Общество, не Фрэнсис Добл... а несчастный случай.
31 декабря 1937 года Филби со своими коллегами Диком Шипшенксом (агентство Рейтер), Эдом Нилом (Ассошиэйтед пресс), Бредиш Джонсоном (Ньюсвик) ехали на машине из Сарагосы в сторону Теруэля, где шли бои. Группа автомобилей остановилась, испанцы вышли размять ноги, а журналисты остались в машине из-за холода. И тут в машину прилетел снаряд - выпущенный с республиканской стороны из русского орудия.
Джонсон умер сразу - ему оторвало кусок спины. Шипшенкс лежал без сознания, ему сильно повредило голову и отсутствовал глаз. Он умер вечером. Ноги Нила раздробило, он умер через два дня.
А у Филби была поцарапана голова и рука.
"Несмотря на то, что у него была кровоточащая рана на голове, много царапин на лице, и он находился в шоковом состоянии, он вел себя очень собранно и очень стойко". - Билл Карней, Нью Йорк Таймс
2 марта 1938 года Филби был принят лично генералом Франко и получил награду - Красный крест за военную доблесть. (Его коллеги получили то же самое посмертно). Фрэнсис Добл вспоминает, что Ким в тот день вернулся домой эмоционально истощенным. Она относила это на волнение от той чести, что ему оказана. Но возможно, Филби просто накрыло осознанием абсурда всего с ним происходязего. Или тех, что Франко -вон он, а Ким его не убил.
Эта награда открыла перед Кимом ВСЕ двери. Его коллеги-журналисты, освещавшие войну с республиканских позиций (а таких было подавляющее большинство) шипели и плевались ему в след, но зато офицеры Франко доверяли и называли единственным джентльменом среди англичан.
Орлов был доволен успехами Зенхена. Во время их встреч тот выкладывал всю франкистскую подноготную. Проблема была в том... что у самого Орлова начались проблемы.
Малли отозвали из Лондона летом 1937. Весной следующего года он был арестован. Как мы уже знаем, летом 1938 Орлов принял тяжелое решение разорвать связи с НКВД и сбежать в Америку. Причиной стал подозрительный вызов на советский теплоход. Но на самом деле Орлов ожидал всего плохого еще раньше - видимо, получив новости об аресте Малли. Филби стал невольным свидетелем, в каком нервном напряжении пребывал его куратор.
Когда появился Орлов, я почувствовал, что что-то не так. Всегда уверенный в себе и спокойный, он выглядел смущенным и явно чувствовал себя неловко. На мой вопрос, в чем дело, он помялся, а потом распахнул плащ. Под плащом у него висел автомат."
Не расставаться с автоматом тот предпочитал потому, что оружие спасло ему жизнь. Дело было в одной из испанских гостиниц, Орлов устроился на сиесту, положив автомат со снятым предохранителем рядом. Но тут почувствовал, что дверь открывается.... и
"Не проснувшись полностью, он истинктивно схватил оружие и разрядил целую обойму до того, как сумел оценить ситуацию. Он убил двух мужчин, вошедших в комнату, но так и не узнал, кем они были посланы."
Кто были подосланные убийцы: люди Франко или люди Ежова? (Или Орлов вообще каких-то невинных граждан застрелил). Это интересный вопрос.
Другой интересный вопрос: не стыдно ли было Филби, в бытность свою военным корреспондентом, писать наглое профранкистское вранье? В частности, статью в "Таймс" где сообщается, что бомбардировка Герники - дело рук самих басков, как уверяли журналисты, написал именно Филби.
Филипп Найтли, с которым они долгие годы были в переписке, задал этот вопрос.
Как вы очевидно догадываетесь, моя главная задача была в том, чтобы максимально сблизится с франкистскими властями и с немцами. Но я никогда не писал неправды. Однако и на правду можно смотреть по-разному, сквозь различные очки"
Далее они с Найтли обсуждают статью коллеги Филби, журналиста "Нью Йорк Таймс" Джима Стира, который одним из первых вошел в город и по сути создал миф о Гернике.
"Рассмотрим цитируемые Стиром заявления. "Полностью разрушена в результате воздушных налетов мятежников". Это неправда. Мне представляется, одна треть города была разрушена, треть пострадала, остальная часть, включая знаменитое дерево, осталась нетронутой...
"Герника не относилась к военным объектам". Так ли это? Город, в котором находились командные центры басков, боевые и вспомогательные воинские части, линии связи. Несомненно, Герника относилась к военным объектам...
Стир проявил вполне понятное профессиональное, политическое и личное старание, излишне эмоционально среагировав на сообщения о случившемся в Гернике.
Я думаю, правы те, кто говорит, что Герника вызвала в мире большее негодование, чем Хиросима. Но это лишь означало, что когда пыль над Хиросимой осела, мировые СМИ находились под контролем американцев"
Так что нет - Филби не было стыдно за работу в Таймс. И он не считал, что врал больше, чем врали с противоположной стороны.
Продолжение тут
PS. По мотивам похождений Кима Филби в Испании есть повесть Юлиана Семенова "Испанский вариант". По ней даже снят фильм одной из балтийских киностудий. Фильм полная ерунда, а повесть почитать можно. Там сразу трое советских разведчиков - Филби, Орлов и Штирлиц)