«Есть две бесспорные вещи.. Гранёный стакан. И когда тебе говорят — «пошла ты!..» В обоих случаях, не возразишь!
Я увидала его на полке в ТЦ и аж зашлась восторгом. Такой бесконечно «гранёный» и трогательный, в своей простоте. Что, глянув на ценник — 33 руб — взяла четыре штуки и понеслась на кассу. Кассир — женщина почтенная и в годах — хмыкнула и пояснила мне, неразумной. «Обычно, берут три! И «пузырь».. и сайру в томате. Вам сайру надо?» В томате я ем только «ёжики» моего мужа, в смысле тефтели, им приготовленные. Потому мотнула головой в кепке и прыснула. Представила, как пьём мы с приятелями, в тёплой компании. И разливаем — по край — непременно в такие стаканчики. После второго круга — можно и уносить, в адреса.
Оплатив «вееещщщь!», засунула по пустотам в пакетах. Меж гречневой крупой, батоном, кремом от морщин, вафельным тортиком и прочей белибердой. Ибо, не коцнуть по дороге. И счастливая поплелась к дому. Живу я от центральных мест далеко, в основном езжу на машине. Редко иду прогуляться — как в этот раз! Поклажа не тяготила, вечер стоял дивный, да и торопиться мне было некуда. Супруг схлынул в путешествие с компаньонами. Пока всё не переговорят, не выпьют — не вернётся!
На подходе к высотке, заметила группу нетрезвых людей. Рассевшись на лавочках, праздновали что-то или «без повода». Заметив меня, изумились нахлынувшей удаче и пригласили присоединиться. Я, безумно польщённая, ответила отказом. Выразив печаль и надежды на другой раз. Меня не правильно поняли, поднялись — нерешительно и шатко — с седалищ. Своих и деревянных. И обступили крайне взволнованной толпой. На этом месте романтический вечер вполне мог перетечь в криминальные разборки. И утренним выпуском «дежурной части» миру сообщили бы о ещё одном лиходействе и утрате.
Почуяв, что даже, если б законный сидел дома и пил чай. Докричаться до 16-того мне бы вряд ли удалось. И значит, проблемку придётся решать самой. Я полезла, шурша упаковкой гречки и погромыхивая картонкой «с миндалём», внутрь баула. И по одному — как факир уши зайца, без зайца, из цилиндра — вытянула стаканы. Заворожённые «священнодейством» мужчины трезвели на глазах. Примолкли и, подобно ребёнку в сочельник, почти пускали пузыри от восхищения и ожидания дальнейшего..
«Дальнейшее» не случилось. Из подъездной двери вяло и лениво нарисовался муж. Приблизился и, отобрав сумку и стаканы, обнял за плечи и повёл — как кобылу стреноженную — в недра подъезда. Пьянчужкам махнул рукой: «Гуляйте дальше, ребята. Цирк уехал!»
В лифте, притиснув к стенке, жарко шепнул: «Ты такааая..» Отстранился, хрипло хохотнул. «Ну куда тебя! Отпускать.. Первые же гопники чуть не раздели..» И с любопытством: «Ты зачем им тару доставать принялась? Им из горла удобнее..»
Я в ответ кисло уточнила: «А ты какого не в отъезде! Должен быть «со товарищи»!.»
Вываливаясь кучно из грузового, ржали и на перебой уточняли моменты слияния класса с прослойкой.
— И как тебя угораздило? Из дверей, как сим-сим, появиться!
— Да скушно мне стало.. Дай думаю, вернусь. Посмотрю, чем жёнушка занята!
— А предупреждать? Может у меня сосед в шкафу!
— Так не возвратись я, ты б этим доходягам и стаканы, и торт, и ключ от квартиры..
— Неправда ваша. Одни стаканы б только и отдала. Типа, «от нашего стола — вечер в хату!»
— Ты меня удивляешь!.. Любитель «убойных» сериалов.. Если ещё и сосед окажется где-нить, в заначке. То я съем свою шляпу!..
— Не бросайся обещаниями! Спас девушку — респект тебе и поклон. А соседа не трожь, он у меня один….
А что про «пошла ты!..» Так такое говорят не мне. Но я в курсе — про «бесспорность»!»