- Фух, вернулись, – счастливо выдохнул Ромка. – Поедим? А то у меня от пережитого страха кишки слиплись.
- Не хочу, - вяло ответила сестра и улеглась на спину, глядя в вечернее небо.
- Да ты уже второй день ничего не ешь! – возмутился брат и пнул ни в чем не повинный пенек торчавший поблизости.
- А ты мне не мама! Сказала, не хочу! - упрямо ответила Настя.
Ромка, нахмурившись, смотрел на сестру.
- Ой! Да иду, иду! – Настя неохотно поднялась. – Весь лоб мне просверлил.
- Вот, то-то же.
- Я бы сейчас от чая не отказалась. Крепкого с кусочком сахара и ломтиком лимона, – тоскливо произнесла сестра, глядя на огоньки деревни. – А про конфеты просто молчу.
- Я даже не знаю, есть ли здесь чай и сахар. Мы же, по твоей версии в рассказе Гоголя находимся? Пили там чай?
- Горилку они там пили!
- А что? Тоже неплохо! – развеселился Ромка. – А если честно, мне тоже чаю хочется. С сушками! А чаи они тут гоняют. Я помню, ты читала! Сидят за самоваром и пьют из блюдец до седьмого пота. А сахар у них такими большими кусками, и они его колют.
- М-м-м. Молодец! Точно, пили чай!
И ребята, не сговариваясь, взглянули на Боцмана.
- Мур, - ответил тот, щуря зеленые глаза.
- Слушай, а подсказка была знатная! – перевел разговор Ромка. – Прямо все разжевали, осталось только повторить.
- Мы бы ни за что не догадались, где находимся. Это тебе тягу к географии так прививают.
- Да, мне теперь очень интересно, где эта Мексика находится! Так и хочется по карте полазить! Вот если нас в пустыню Сахару забросило, мне было бы не интересно. Или на Северный полюс к пингвинам, тоже скучно.
- Ромка, ну ты вообще? Какие пингвины на Северном полюсе? – громко рассмеялась Настя.
- И чего смешного я сказал? А кто там живет, жирафы?
- Ой, не могу! Пингвины на Южном полюсе, а на Северном белые медведи, тюлени, моржи.
- Да? А какая разница между этими полюсами? – Ромка был в полном недоумении.
- Ох, вот чую, точно еще раз переброс по географии будет! И очень надеюсь, что не на полюса.
- Выучу, выучу, - пробурчал брат. – Ты лучше скажи, помнишь туристов, которые ломанулись к нам в беседку как два сумасшедших лося?
- Нет, а что?
- Да лица у них такие знакомые. Кого я могу знать в будущем? Чушь полная, - задумчиво проговорил Ромка, вспоминая недавнее приключение.
- А кто это был?
- Парень и девушка, а может мужчина и женщина, только молодые очень. А лет им… Не знаю! Между двадцатью и тридцатью может. Откуда я их могу знать?
- Ой! Показалось, наверное. Все, я спать.
- Может и показалось. Хотя… - долго еще что-то бубнил про себя Роман, прежде чем его сморил сон.
Утром ребят ожидал очень приятный сюрприз. Пачка чая, кусок сахара величиной с кулак и сушки с маком. Все это аккуратно лежало на траве, будто кто-то только что сходил в магазин.
- Благодарю тебя! Кем бы ты ни был, спасибо тебе!- дурачась и кося глазам в сторону кота, отвешивал Роман поклон за поклоном.
- Давай воду кипяти! – радостно взвизгнула Настя и, схватив Боцмана, закружилась по полянке.
- Мы тут уже имуществом обросли, – гордо заявил Ромка, подвешивая прокопченный котелок над костром.
- Ага! То найдем что-нибудь, то из перебросов притащим. Да и ты из дерева вон, сколько посуды настрогал. Чашки, ложки, а расческу мне какую сделал! Правда не прочесывает она мою гриву, но хоть что-то, – и, опустив кота, девушка присоединилась к брату.
Боцман укоризненно взглянул на хозяйку; и это, мол, вся благодарность? Потом фыркнул и, помотав головой, растянулся в теньке.
До одури напившись чая с сушками, брат с сестрой сидели, блаженно улыбаясь, и по очереди поглаживали кота.
- Как мало для счастья надо, да? – похлопав себя по животу, спросила Настя.
- Ага, вот только еще домой вернуться, - вздохнул Роман.
- Ну, тогда вперед. Чем раньше бросим, тем раньше вернемся!
***
Как же красиво было в этом месте, куда на этот раз перекинуло наших героев. Яркая зелень, величественные сосны, папоротник с человеческий рост.
Крупные бутоны белых и розовых цветов на кустах. И возвышающиеся со всех сторон величавые скалы.
Темные пещеры выглядывали из-под занавеси зеленых гирлянд с толстыми мясистыми листьями.
- Вот это красота-а-а! – восхищенно протянул Ромка.
- Сота, сота, сота! – раздалось отовсюду.
- Ой! – испуганно прижалась к земле Настя. – Что это?
- То, то, то!
- Да это же эхо! – нарочно громко выкрикнул брат, присев рядом с сестрой.
- Хо, хо, хо! – неслось со всех сторон.
- Все, хватит, - прошептала Настя, зажав руками уши.
- Почему? Прикольно же?
- По кочану! Откуда мы знаем, куда нас занесло? – продолжала шептать сестра. – Набегут сейчас на звук местные каннибалы и сожрут нас.
- А-а-а, - разочарованно поскреб макушку Роман. - Ну, да! Каннибалы они такие, съедят и косточек не оставят.
- Мне вообще не хочется, чтобы меня ели, а с костями или без, это уже неважно.
- Ладно тебе, не бухти. Дальше идем молча. Просто я вспомнил кое-что.
- Что?
- В детстве нам мама стишок такой забавный читала про эхо…
- От меня не убежишь! Отвечало эхо; «Шиш!» – продолжила Настя и, не выдержав, рассмеялась.
- Ага! – уткнувшись лицом в траву, Ромка подвывал от смеха.
- Зачем ты только вспомнил про этот стих? Ой, прямо до слез, - вытирая глаза, сестра оглянулась. – У тебя есть предложение?
- Да! У меня сильное желание прокричать этот стишок!
- Хорошо, - кивнула Настя. – Давай вместе. Раз, два три!
- От меня не убежишь!
- Шиш, шиш, шиш! – откликнулись скалы.
- Прекрасно, - улыбнулся Ромка. – Теперь можно идти дальше!
Осторожно шагая по тропинке, ребята старались держаться подальше от скал, нависавших над головой.
- Что же они такие страшные-то? – пробормотал Ромка, как вдруг резко остановился.
- Ты чего? – врезавшись в него, возмутилась сестра.
- Там на скале что-то висит! - забывшись, выкрикнул брат.
Настя зажмурилась, ожидая гулкое эхо, но ничего не произошло. Эхо молчало.
- Фух! – выдохнула она. – Долина эха закончилась?
- Вроде, да. Можно теперь разговаривать?
- Можно, но негромко. Не забывай о каннибалах.
- Ой, заладила. Смотри, накаркаешь, – и раздираемый любопытством Ромка направился к скале.
Настя же уселась в траву и стала разглядывать симпатичные цветочки, так схожие с теми, что росли на берегах Волги.
Закручинившись даже не услышала, как ее подзывает брат.
- Настя! – негромко звал Ромка, тараща глаза и размахивая руками.
Но та никак не реагировала. Брат завертелся в поисках небольшого камушка, чтобы пульнуть в эту глухомань.
Расселась там, нюхает какой-то задрипанный цветочек и, судя по всему, собирается дать реву.
- Настя! – прошептал Ромка и прицелился камушком.
Словно почувствовав угрозу, сестра подняла голову.
- Ползи сюда! Чуть камнем в тебя не кинул. Что ты там застыла? Посмотри, что нашел, – кивнул Ромка, указывая наверх.
Настя долго вглядывалась в деревянные продолговатые ящики, висевшие на отвесной скале друг над дружкой, напоминая балконы. К некоторым ящикам были привязаны стулья.
- Ой! Это же не то, о чем я сейчас подумала? – растерянно произнесла она.
- А о чем ты подумала? – спросил брат и вдруг пригнулся к земле, потянув за собой сестру.
- Ты чего? – возмущенно забарахталась та.
- Т-с-с! Там люди, – шикнул брат.
Спрятавшись в кустах, ребята по очереди высовывались, разглядывая приближавшуюся группу людей. Первым шел мужчина и нес на руках женщину одетую в богатые одежды.
- Это похороны, - побледнела Настя.
- Не выдумывай. Ну, идут люди и несут на руках тетку какую-то. Может, ей плохо стало? Всегда в крайности бросаешься. Прямо как папа.
- Ты дурак?
- Что сразу дурак-то? Кто так хоронит? На руках покойника нести, что за бред? – покрутив пальцем у виска, Ромка принялся наблюдать дальше.
- Откуда нам знать, какие здесь традиции?
- Ненормальные какие-то традиции, - фыркнул брат.
- А наши традиции ты считаешь нормальными?
- Наши? Если честно, то нет. Это мазохизм выставлять гроб возле подъезда, дабы все поглазели, а потом с жутко воющим оркестром идти с ним по улицам, наводя оторопь на прохожих. А особенно чувствительных натур, вроде тебя, доводить до психоза.
- Вот именно, – отозвалась сестра. - Помнишь, как ты всегда форточки закрывал, когда эта музыка с улицы доносилась? А потом сидел рядом со мной и успокаивал, а я плакала.
- Помню. А еще помню фотки в мамином альбоме, где фотографии с похорон. Вот где ужас-то!
Наконец процессия остановилась и женщину стали укладывать в ящик похожий на гроб.
- Похоже, ты была права, - прошептал брат. - Не хочешь взглянуть?
- Боже упаси! Ты мне лучше говори, что они там делают?
- Женщину в ящик укладывают, - и Ромка перевернулся на спину. – Не хочу дальше смотреть. Странно только, что никто не плачет.
- Скорей всего у них совсем другое отношение к смерти, чем у нас, - ответила Настя, разглядывая птиц, что парили высоко в небе.
- А к ней можно относиться как-то иначе? – буркнул брат. - Я не понимаю.
- Можно. Например, как к переходу в другую жизнь.
- Не знаю. Как-то сложно все для меня. Лучше скажи мне, любительница флоры и фауны, кто там, в небе кружит?
- Вроде как на стервятников похожи, - отозвалась сестра.
- Такие здоровые?
- Так они разные бывают. Может даже грифы.
- Грифы? Вполне возможно, - и бесшумно перевернувшись, Ромка осторожно выглянул из-за куста. – Пока мы валялись, таращась на птиц, тут уже все закончилось.
- Что? И гроб на скалу подвесили? - подползла Настя к брату.
- Ага. И стул зачем-то привязали.
- Там половина со стульями висит. Вот как они их на отвесную скалу подвешивают? Пропустили, - грустно вздохнула сестра.
- Тебе зачем, такие познания? – удивленно покосился Ромка. – Собираешься здесь остаться, или хочешь у нас новые традиции захоронения ввести?
- Не болтай ерунды! Любопытство, не более того. И подозрительно быстро они управились! Такого не может быть.
продолжение следует
полная версия на ридеро и литрес
начало здесь