Комментируя итоги встречи с президентом России Владимиром Путиным 26 апреля, генеральный секретарь ООН Антонию Гутерриш заявил, что Россия надеется достичь договоренностей с Украиной «на дипломатическом уровне».
Но, если проанализировать риторику представителей российской и украинской стороны, то можно заметить, что даже сам ход контактов на дипломатическом уровне и их содержание зависит от военных успехов или поражений. Министр иностранных дел России Сергей Лавров по этому поводу говорит, что параметры договора «будут определяться той стадией военных действий, на которой этот договор станет реальностью». Советник главы Офиса президента Украины Михаил Подоляк также утверждает, что каждый участник переговоров желает иметь более сильные переговорные позиции, которые могут быть получены в результате военных действий.
Таким образом, переговоры о мире сейчас не ведутся. Они начнутся только тогда, когда одна из сторон достигнет своих целей военным путем. Это означает, что кто-то проиграет.
Последний раз делегации встречались очно в Стамбуле 29 марта. По итогам стамбульского раунда переговоров стороны выработали коммюнике. Поскольку, только украинская сторона обнародовала его содержание и речь там идет о территориях, в настоящее время неконтролируемых Украиной, а также о будущем статусе государства и гарантиях его безопасности, то есть основания полагать, что документ готовился украинской стороной как предложения России. На прошлой неделе пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сообщил, что Украине переданы предложения России с точными формулировками содержащихся там терминов во избежание свободных трактовок. Президент Зеленский ответил на это, что в его офис никаких документов от России не поступало, и выразил сомнение в самом существовании этого документа.
Михаил Подоляк после встречи в Стамбуле неоднократно говорил об онлайн контактах созданных экспертных групп, обсуждающих возникающие вопросы по проблематике стамбульского коммюнике. Об отходе украинской стороны от буквы этого документа потом говорил Владимир Путин, имея в виду предложение подписать два договора – с Россией о ее обязательствах и с государствами-гарантами безопасности об их обязательствах по отношению к Украине. Россия, принципиально настаивая на одном документе, обвиняет Украину в нарушениях стамбульского соглашения. Так произошло потому, что Россия по праву хочет иметь возможность влияния на решения государств-гарантов, т.е. должна быть гарантирована безопасность России, а не только Украины.
Если сейчас переговорная группа по общим вопросам продолжает контакты, то о содержании их переговоров ничего не известно. В последние дни публичные переговоры сузились до масштаба Мариуполя и «Азовстали», ведущиеся сразу в трех форматах: двухсторонние, с привлечением международных посредников и в форме приглашения российских переговорщиков непосредственно в Мариуполь. Но ни один из форматов никакого результата не дал.
В недавнем интервью первому каналу российского телевидения министр иностранных дел России Сергей Лавров связал замедление переговоров с вмешательством в переговорный процесс западных стран, лидеры которых советуют Зеленскому с каждым раундом «ужесточать свою позицию». Учитывая увеличение масштаба военной помощи Украине, что мы наблюдаем в последние дни, нужно согласиться с Лавровым. Ужесточение позиции ни в коей мере не способствует активному переговорному процессу, так как это можно расценить как стремление Украины выиграть время.
Таким образом, на политическом и военном уровне переговоры застопорились. Они продолжаются только по гуманитарным вопросам, касающимся функционирования гуманитарных коридоров и обмена пленными.
В таких условиях личная встреча президентов двух государств не представляется возможной даже теоретически. А значит, достичь договоренности «на дипломатическом уровне» также пока невозможно.
Автор: Александр Черный