Роза смотрела на мать с удивлением.
Та дрожала, её щёки раскраснелись, глаза наполнились слезами.
— Доченька, — простонала Алима, — как же она добралась и до тебя? Мстит… Мстит старая за свою дочь. А ведь я не виновата в её смерти. Это всё Караваев…
— Алимама, — произнесла Роза. — Отдохни, ты должна рассказать мне обо всём. Почему из-за ваших любовных страстей пострадала я?
Роза вдруг повысила голос:
— Почему я с 12 лет живу в каком-то страшном сне и не могу проснуться? У меня уже есть сын, а я до сих пор та маленькая девочка, которая ложилась спать рядом с отцом в степи и не проснулась.
Я открыла глаза не в то время. Я попала в другую жизнь. Скажи мне, Алимама, зачем всё это произошло? Кому это было нужно?
Камо стоял рядом и слушал.
Алима молчала, её лицо было мокрым от слёз.
Роза подскочила к матери, уставилась на неё.
— Я страдала мама, за все эти годы я ни разу не успокоилась! Все эти люди, что вокруг меня — чужие. Они все что-то хотят, им что-то нужно. А я хочу к папе, к тебе!
Роза разрыдалась, Камо обнимал её и шептал:
— Хватит, хватит слёз. Радуйся, что мать нашлась. Девочка моя, успокойся.
Но Роза долго не успокаивалась.
Алима сначала смотрела на дочь, потом вернулась в кресло и отвернулась.
Когда Роза перестала плакать, то подошла к матери и прошептала:
— Мама, прости меня. Я так рада тебя видеть.
Но Алима не ответила и даже не взглянула на дочь. Она встала, поправила своё платье и обратилась к Камо:
— Где комната, в которой я буду проживать?
Камо дал указания служанке, та проводила Алиму.
— Всегда так, — прошептала вслед Роза, — она всегда молчала, когда была виновата. Когда папа просил у неё прощения, она молчала. И ничего не изменилось. Она теперь долго не будет со мной разговаривать. За что мне это, Камо?
— Человек болен, — Камо говорил тихо. — Тебе её не отдавали. А ты упрямилась.
— А ты хотел оставить её там? — удивлённо спросила Роза. — Там, в той пустынной комнате и без еды? Чтобы она умерла?
Камо лишь пожал плечами.
— Ничего я не хотел, то, что я хочу не получается, а остальное мне и так известно. Пойду поговорю с ней. Может меня послушает.
— Не ходи, — попросила Роза. — Она будет потом пользоваться твоей слабостью, как пользовалась отцом.
Камо присвистнул:
— Ну я и не твой отец, а кое-какие сведения мне нужно добыть. Завтра вдруг придут её забирать. А я и не знаю, что она за человек.
Роза спорить не стала.
Алима Камо в свою комнату пустила. Роза иногда поднималась наверх и подслушивала. Но за дверью была тишина.
Потом осторожно уходила.
Когда Камо вышел от матери, Роза уже не застала. Ужинала она в одиночестве.
Наутро свежую прессу несли в огромном количестве.
Камо то улыбался, то хмурился. Роза заметила заголовок «Похищение сумасшедшей. Нашему городу грозит опасность. Носите оружие. Будьте внимательны».
Роза отвернулась от газет, поприветствовала Камо.
Тот кивнул в ответ.
— Как там мама? — поинтересовалась Роза.
— Она плакала на моём плече до самой ночи. Она молчала. Я ничего у неё не спрашивал. Ей нужно было моё плечо. Алима красивая. Я бы не смог столько лет взаперти. Я бы стены грыз, двери ломал, но вот так сидеть там как она… Не смог бы, Роза… Будь с ней поласковей, она не заслужила твоего безразличия.
— Я ласкова, — кивнула Роза, — а она нет. Я не знаю, как мы будем дальше. Мне тяжело, Камо. Я сейчас пойду к ней и верну её шкатулку. Мне не нужны её украшения.
— Очень хорошо, — кивнул великан, — может быть она смягчится.
Роза оставила сына с Камо и поднялась наверх.
Взяла шкатулку и постучалась к матери.
Та не ответила. Роза собиралась было уже уходить, как дверь открылась.
Алима смотрела на дочь бешеными глазами. При виде шкатулки её глаза стали сверкать ещё ярче.
Она вдруг попятилась назад и каким-то неестественным голосом произнесла:
— Убери, убери эту шкатулку. Выброси её подальше от людей, она не принесёт счастья никому! Зачем ты её хранишь? Ты смерти моей хочешь?
Роза смотрела на мать непонимающе.
А та продолжала:
— Закопай глубоко, только не бросай в реку. Речка быстрая, всё зло разнесёт по округе. Так говорила твоя Фуня…
Руки Розы дрожали. Она с трудом удерживала в них шкатулку.
— Как же так, — прошептала она. — Я хранила эту коробку, я её спасала, как могла, чтобы сохранить память. А она оказалась не нужна. Может и я тебе не нужна?
Роза вдруг уронила шкатулку. Она открылась и из неё в разные стороны побежали кольца, распластались по полу ожерелья.
Роза смотрела на них и ей казалось, что на полу лежит не кучка золота, а её мать, которая надела всё это на себя.
Из задумчивости её вывел голос Алимы:
— Если ты их надевала, то очень зря. Поэтому всё так вышло у тебя. Нельзя надевать чужие украшения, если они не подарены тебе от всего сердца. Ты забрала мою боль, ты приняла всё то, что Фуня наколдовала на них.
Она мстит за дочь.
— Я же не знала, — прошептала Роза. — Я же забрала самое ценное, что осталось от тебя.
Роза плакала. Она присела собирать драгоценности.
— Они всё равно мои, — всхлипывая говорила она. — Я без них не видела жизни и теперь не вижу. Я не буду их носить, буду лишь хранить.
— Конечно… — произнесла задумчиво Алима. — Теперь ты их никому не отдашь. Собирай…
Роза собрала всё, что выпало из шкатулки. Положила внутрь «разбежавшиеся» кольца и закрыла крышку, прижала к себе.
— Мой тебе совет, — произнесла Алима, — закопай её где-нибудь и забудь.
Но Роза поднялась на ноги и отправилась в свою комнату.
Не было в сердце радости. Как Роза ни старалась посмотреть на мать по-прежнему любящими, доверчивыми глазами, ничего не получалось.
Алима была совершенно чужой женщиной. И если раньше Роза и Камо ужинали вместе, то теперь Камо не звал Розу к ужину. Он составлял компанию лишь Алиме, а потом уходил в кабинет.
Роза смотрела на великана и её сердце ныло.
«Он ведь звал меня замуж, ведь звал… А теперь…», — обида накрывала Розу волной. И волна эта была сильной, била больно.
И до сих пор Роза ничего не знала о том, что произошло. И не хотела больше знать.
Последнее время стали посещать мысли о том, что она лишняя в этом доме. Уже невыносимо было слышать звонкий смех матери и смотреть на обхаживающего её Камо.
Они с великаном совершенно перестали общаться. Он даже перестал уделять внимание маленькому Лачо. Ребёнок подходил к двери кабинета и стучал, звал Камо. Но тот никогда не открывал ему дверь.
Только обида жила теперь в сердце Розы, только боль.
***
Роза тяжело вздохнула. Она шла по берегу и смотрела на гладь реки.
Вот уже первый несмелый лёд сковал речку. Он был таким молодым, таким нежным, как Роза много лет назад.
Роза присела на корточки и ткнула пальцем. Лёд раскололся, сверху появилась вода, она зажурчала, почувствовав свободу, стала растекаться по поверхности ледяной глади.
— Не хочу уезжать, — прошептала Роза. — Не хочу больше никуда. Хочу только с ним рядом. А он такой молодой, такой беспомощный. А я такая же беспомощная, как и он. Кто бы вылечил меня от моего дара? Кто бы помог мне просто жить, не зная ничего?
— Я бы помог!
Роза от неожиданности вскочила на ноги. Оглянулась.
Рядом с ней стоял мужчина в военной форме и улыбался.
— Не шугайтесь, дамочка… Время нынче неспокойное, вам бы не ходить сюда в одиночестве.
Роза вспыхнула и пробормотала:
— А вы мне не указывайте!
— Ну-ну, — военный наставил на Розу ружьё, — вперёд, вперёд... Пошла…
Продолжение тут