Глава 32.
Рамазан с Иваном вернулись в отель и расположились в номере, чтобы обсудить итоги переговоров с Дмитрием. Рамазан выглядел так, словно много дней провел на войне – под глазами залегли черные тени, морщины стали глубже, а цвет кожи стал похож на золу, что остается на месте прогоревшего костра.
-Рамазан, ты даже не представляешь, какое чудо сотворил – вырвал девочку из этого ужасного дома! Неизвестно, чем бы там все закончилось! Я так тебе благодарен!
-Э, Иван, не спеши! Видишь – девочку-то выручил, а насчет Дани этот человек уже не сможет помочь! Но погоди, даст Аллах, попробую по своим каналам.
- Понимаешь, Данька бы не простил мне, если б я Ире не помог, зная, что она в беде. Она ж такая как он – сиротинушка, никому не нужна!
-Да, Иван, я удивляюсь – как так у вас – в детдома пихают детей- у нас родственники всегда берут сирот и воспитывают.
Иван с грустью посмотрел на друга и подпер голову рукой:
- Не трави душу, Рамазан. Вижу, ты устал - и перелет, и разговор с этим мерзавцем, давай завтра все обсудим? А сейчас по рюмочке и спать!
- Хорошо, брат.
После ухода Ивана, Рамазан еще долго сидел, задумавшись. Он ведь забыл спросить у Дмитрия – сколько дней ему осталось жить. Мужчина горько усмехнулся – когда-то он сам подвергал пленных такой пытке – человеку говорили, что расстреляют, а когда - не говорили. И вот несчастный проводил мучительные часы и дни в ожидании неминуемого. Его выводили на казнь, а потом отменяли расстрел- и так несколько раз. Рамазан подумал:
-Вот и расплата пришла.
Потом ему пришла мысль, что может быть, он не проснется уже завтра. Мужчина набрал номер сына:
- Аслан, зайдите с Русланом ко мне сейчас.
- Да, отец.
Через минуту мужчина, похожий на тяжело -больного старика, говорил молодым людям:
- Клянитесь Аллахом и всем нашим родом, что всегда, слышите, всегда – будете помогать Ивану и его внуку Даниле! Если б не он, вас никого бы не было! Даню надо вытащить из полиции- он не должен попасть в колонию. А эта девочка Ира – пусть будет вам сестрой, и вы теперь в ответе за ее жизнь и за ее честь, понятно?
Аслан и Руслан в растерянности глядели на Рамазана. Один робко произнес:
-Дядя, Вы устали…
Рамазан тогда зарычал как раненый зверь:
- Я сказал - клянитесь или видеть вас не хочу!
И они поклялись, пообещав Рамазану всячески заботиться об этих непонятных русских людях. Он удовлетворенно вздохнул и с легким сердцем отправил их из номера. Вышел на балкон с рюмкой коньяка, посмотрел на ночное небо. Где-то там, заглушенные ярким светом фонарей, пробивались едва заметные лучики звезд.
Рамазан впервые за вечер улыбнулся:
- Ну что ж, не самый плохой конец!
Он вернулся в номер и через минуту уже крепко спал.
****
У Дани сегодня был день рождения.
Вот уж не думал он, что придется отметить свои тринадцать лет даже не в детдоме, а в отделении полиции. Он поделился своими грустными мыслями с Виталием, а тот – с Николаем. И вот уже через пару часов Даниле-мастеру (его и здесь так прозвали) несли конфеты и торт, по- быстрому купленные в местной булочной, надували шары. Даже подарили брелок и ручку.
А Пал Андреич, раздобрившись благополучным исходом, сообщил парню о закрытии дела на него. Помимо радостной новости он принес мальчику записную книжку:
- Вы молодежь, все в телефоны глядите! А ну как сломается - а тут в книжечке все записано. Ну давайте, часок попразднуйте и везите парня в детдом обратно. Телефон-то не забудьте ему вернуть!
Николай расцеловал Даню:
- Ты у нас как сын полка теперь! Будем навещать тебя, Данила!
В отделении кипела жизнь, и никто особенно не обратил внимание. что к приземистому двухэтажному зданию подъехали и запарковались две машины, на тротуар выскочил подросток, а за ним трое взрослых и пошли к входной двери.
