5.

Я проснулась от шума за номерной дверью: короткие тихие стуки сменялись нажатиями на ручку. "Камилла! " – раздался мягкий мужской голос, так похожий на голос моего покойного отца. В голосе Виталия Константиновича было что-то ласковое, обволакивающее. Наверное, потому что у него было трое дочерей и ко мне он тоже относился, как к ребёнку. Далее последовало ещё несколько стуков и шум прекратился.

Первые минуты после пробуждения голова раскалывалась. Видимо, долгая дорога и поздний саундчек сказались на самочувствии, и со мной случился-таки сонный паралич... Осознание, что во сне я видела Сашу, привело к мгновенному обострению моих чувств, хотя мне казалось, что я остыла. И сколько раз за последние два года мне так казалось! Я могла бы о нём не думать, забыть окончательно, и тогда не было бы никакого плана, но он периодически давал о себе знать – он приходил за Женей, и когда я его видела, у меня вновь сжималось сердце, и все чувства пробуждались. Стоило ему появиться, всё в моей жизни переворачивалось с ног на голову. Я понимала, что он всё ещё мне нужен, что я испытываю к нему влечение. И я начинала думать только о нём, а о своих ухажёрах забывала вовсе... Потому что в его простых чёрных кедах, непослушных волосах и странных рисунках на носках было нечто большее, чем просто "нравится". Саша – всем своим существом, целиком и полностью, притягивал меня, как магнит... Без всякого преувеличения, я думала о нём всегда, с тех пор, как он однажды пришёл к нам в танцевальный центр за сестрой. "А Женя уже ушла? " – спросил он у администратора. Услышав знакомое имя, я вышла из тренерской и, опираясь на дверной косяк, уточнила: "А какая Женя? " Передо мной стоял парень лет двадцати – худой, темноволосый, в тёмно-синем свитере и потёртой кожаной куртке. "Зайчикова", – ответил он. "Да, она уже ушла". Парень заметно нервничал: "Просто она не берёт трубку. Она должна была прийти ко мне на работу... " Любопытство одолело меня. Я поняла, что раньше не видела его, хотя достаточно хорошо знала в лицо работников ТЦ. Если бы сотрудники охраны тогда понаблюдали, как я наворачиваю круги, то посмеялись бы вволю... Однажды, уже потеряв всякую надежду его найти, я присмотрелась к продавцу в цветочном павильоне и узнала знакомый свитер... Немногим позже я нашла его в друзьях у Тани, оказалось, у них были разные фамилии, и поэтому я не нашла его в сети сразу.

Среди множества уведомлений на экране телефона мне так хотелось увидеть то единственное сообщение, которое могло прийти от него, если бы между нами была взаимность. Уже столько раз мне говорили, что у меня куча поклонников, мужчин, желающих быть рядом, а я смотрю "не понятно на что". О Саше всегда говорили "что", а не "кто". Это вызывало у меня смешанные чувства жалости и обиды, я понимала, что и то, и другое – ненормально, но отказаться от Саши было выше моих сил.

"Разве тебе нужно это ничтожество? " "Кто он, а кто ты? " "Он тебе только душу разбередит ещё больше! " "Ладно тогда, но сейчас? Сейчас-то он тебе зачем? " "Не хочу даже слышать об этом нищеброде". "Он тебе в душу плюнул, а ты его любишь". Все эти голоса принадлежали людям из моего окружения. Каждая подобная мысль была тонким болезненным уколом. Словно все вокруг сговорились и хотели разрушить мою розовую мечту. Я оглянулась по сторонам, как будто идеально белые стены крошечного отельного номера могли хоть чем-то мне помочь.