Домой я почти что приползла, раздавленная и голодная. В коридоре встречали.
— Ну наконец-то! Ты чего, опять на изъятии где-нибудь в области была? – Макс горой в трениках возвышался посреди прохода. Позади него, обиженно погавкивая, подпрыгивал пушистый шпиц. Максим обернулся и гаркнул: — А ну, пшёл отсюда, а то всё-таки выкину из окна!
— Э, ты чего? – я решительно подвинула «гору» и протянула руки к собачонке. – Я тебе выкину! Он у меня на ответственном хранении. Единственное, что у должницы ценное было в квартире.
— Тогда заткни его уже! Я как пришёл два часа назад, он всё время тявкает! Башка трещит!
Я, не обращая внимания на предъявы, прошла на кухню и достала пачку элитного собачьего корма.
— Ни фига! Он же как чугунный мост стоит! – возмутился было Макс, но под моим взглядом осёкся. – Что случилось?
«А ты ему скажи, скажи! – голос в башке снова включился. На этот раз он звучал сладенько-сладенько. – Как перед Артурчиком погонами крутила, к кровати привязывала: оценит, сто пудов».
— Ничего. Взыскательница одна в Москву написала…
Макс сочувствующе протянул:
— Жалобу?
— Хуже… — я погладила жующий «одуванчик» и выдохнула. – Благодарность!
Макс ободряюще посопел, погладил меня по спине, как я недавно собаку, и поинтересовался:
— Лер, а чего у нас пожрать?
«Это любовь! Мог бы – слезу смахнул!» — хохотнуло в мозгу ехидным баритоном.
— Дай я хоть разденусь, что ли? – я поднялась и пошла в комнату, по пути кое-как стягивая пиджак. «Любовь или нет, а жрать просит регулярно и дома ночует. По возможности» — огрызнулась мысленно.
Максим дошёл со мной до спальни и в ожидании замер на пороге.
— Макс, а может, сходим поужинать? – я повернулась к нему и с надеждой заглянула в глаза. – Тысячу лет никуда не ходили с тобой!
Тот разом поскучнел и тут же засобирался было на работу.
— Ладно, мне на выезд надо. Поем, это… В шаурмятне чего-нибудь, – но, увидев моё лицо, всё-таки исправился. – Ну хорошо. Я сейчас на пару часиков отъеду, а ты пока соберись. Марафет, каблучки, все дела! – Он потянулся ко мне и игриво шлёпнул.
— Спасибо! Ты лучший! – я чмокнула его. – Будь другом, расстегни лифчик, а?
Макс хрюкнул, расстегнул и под мой вопль: «Да-а-а! Наконец-то! Девки, свобода!» — почти выбежал из спальни.
После душа настроение заметно улучшилось. После сообщения Макса с адресом – так вообще заиграло. Я даже нашла в себе силы погладить новое, неношеное и кто знает, когда купленное платье. Накрасилась, оделась и выпорхнула из подъезда.
Но как только я вылезла из такси и намылилась зайти в ресторан, телефон в сумке требовательно зажужжал.
Звонил Пашка.
— Не-е-е-е-ет! – простонала я в трубку, понимая, какая романтика ждёт меня этим вечером на самом деле.
— Лерка, откуда тебя забрать? Лист пришёл, едем в область!
«Выйду ночью в поле с листо-о-ом…» — завыл чужой мужик в голове, а я швырнула сумочку об асфальт и тихо захныкала.
***
— Ну и как я в сумерках буду полторы тысячи коров описывать, а? Вашу мать, хоть бы сапоги взять надо было!
Каблуки проваливались до основания и застревали чуть не намертво.
— По свеженькому листу, по холодку! – передразнила я начальника, остановилась и покрутила головой, оглядывая поле, расцвеченное закатными лучами. – По говну и в потёмках, Сергей Игоревич, сам-то чего не поехал? Ботиночки новенькие не захотел замарать!
Коровы были. Только не мирно жующие в стойлах коровников, а разогнанные по всему полю. «Поди посчитай такую ораву! Да ещё, если какие-то без меток и без клейма…» — «голос» был на редкость задумчив.
— Ну, чё сидим? Я одна, что ли, по всему полю буду бегать? Представитель Банка, как вас там? Вылазь, бери акты и с песней! – я осмотрела молоденького залоговика с ног до головы. – Ну, ты вон хоть в кроссовках.
Парни послушно вылезли и посеменили в разные стороны.
«До утра будем, Лер. И хорошо, если ночью никто нас не…» — договорить голос не успел, потому что я решительно воткнула наушники и поковыляла в сторону первой группки бурёнок.
Каблуки выдержали почти час втыкивания в почву, а потом послали меня куда подальше: полем, босиком. Земля уже начала остывать, поэтому скорость передвижения выросла в разы. Я носилась между животными, периодически забывая внести то год, то кличку, и, чертыхаясь, возвращалась. У ребят дела шли ещё хуже. Парень из банка явно побаивался подойти совсем уж близко, а коровы, будто чуя страх, при приближении человека разворачивались мордой вперёд и воинственно вопрошали: «Му-у?». От Пашки так вообще опасливо отходили, как только он оказывался рядом.
А между тем совсем стемнело. Пришлось включить фары и фонарики в телефонах. Коровы занервничали сильнее и стали шарахаться при нашем приближении.
— Может, ну их? – с надеждой просипел залоговик. – Завтра вернёмся поутру и…
— А ты думаешь, если это могло бы подождать до завтра, нас всех сюда так экстренно погнали бы? – Рявкнула я, потирая замёрзшую ступню об другую ногу. – Сейчас мы свалим, а они половину голов на грузовых машинах вывезут!
Хотела было добавить ещё пару-тройку крепких матюков, но умолкла, прерванная дружным коровьим рёвом и чьим-то свистом с нескольких сторон. Табун заволновался.
— Пошли, пошли! Туда, туда! – заорал кто-то неподалёку. И коровы побежали.
Первая группа пронеслась метрах в тридцати. Мы закрутили головами, ещё не до конца соображая, что происходит. Света фар хватало, чтобы разглядеть, что творится впереди, но крики и топот раздавался уже, казалось, со всех сторон.
— Заходи с той стороны! – закричал кто-то, и ошалевшие животные понеслись к нам.
До меня наконец дошло.
— Лера, а они нас не затопчут? – пропищал парень из Банка, пятясь к машине.
— Залазь и сигналь! Не тупи! – я толкнула его в нужном направлении и обратилась к будто примёрзшему к земле Пашке: — Паша ты налево, я направо, лови этих падл!
Паша развернулся и… тоже бросился к машине.
— Ссыкуны! - Позади раздался гудок. – Ну хоть на это вы способны!
Коровы шарахнулись от звука. А я, кое-как освещая путь телефоном, побежала туда, откуда слышала предыдущий крик. – А ну, иди сюда, пташка, я тебе клюв прикрою и зубы повыбиваю, что не свистел!
Луч зацепил между бегущими в разные стороны коровами двуногую скотину. Я на радостях ускорилась и не заметила, как угодила ногой в коровью лепёху. Босая пятка поехала по свежему дерьму, и я с размаху грохнулась спиной и затылком об землю.
«Ну Лера, ёж твою мать!»
Я кое-как перевернулась набок и увидела, как на меня несутся, перебирая по земле, копыта.
— Всё! – только и успела выдохнуть, как меня резко накрыло волной холода. А впереди ниоткуда возникла чуть мерцающая в темноте фигура. Раздался свист, только не такой, что мы слышали от загонщиков — совсем иной: пробирающий до костей, на уровне ультразвука. А дальше всё было, как в каком-то ужастике.
Несущаяся корова резко сменила направление и бросилась улепётывать уже в другую сторону. Фигура, радостно подпрыгнув на единственной ноге, полетела явно к одному из крикунов.
В сознании, как-то непривычно отдалённо, раздалось:
«Ох, Лерка, сейчас мы их! Собак по кладбищу я уже гонял, а вот коров и скотину поразумнее — не приходилось! Их-ха! Расступись, рогатые, дядя Миша здесь всех определит!»
Человеческий визг, коровье мычание и сигналы нашей машины слились в ушибленной голове в единый гул, сквозь который разумные мысли отказались прорваться, и я просто ещё пару минут тупо следила глазами за мечущимся мерцающим пятном, а потом уткнулась лбом в холодную землю и вырубилась…
— Быкова! Быкова, очнись! Лера! – кто-то с размаху надавал мне оплеух, пытаясь привести в чувство. – Открой глаза!
— Фу, вся машина теперь провоняет! – присоединился ещё голос.
«Я б втащил. И одному, и второму», — будничным тоном прозвучало в голове, и я распахнула глаза.
— У-убью! – хрипло зарычала и скосила взгляд на Пашку.
— Лер, ты чего? – коллега шарахнулся. – Мы тебе, считай, жизнь спасли…
— Кто?! Ты мне жизнь спас? Да ты, как ссыкло последнее, в тёпленькую машинку спрятался, от греха подальше! А ты, болванчик банковский, чего таращишься? Пахнет тебе, воняет? Так я тебя сейчас самого в дерьмо носом окуну и за машиной всю дорогу бежать заставлю, понял, утырок?! – я наконец смогла сесть.
Придурки не сообразили ничего лучше, как снять подстилку с сиденья и положить меня на неё около машины. Спина болела от падения, да ещё и промёрзла прилично.
— Трындец почкам… И цистит опять начнётся! Ууу, сволочи!
Я покрутила головой. Рассвет хозяйствовал уже вполне полноценно. Стадо разбрелось по полю, и, как ни в чём не бывало, спокойно лакомилось травой. Загонщиков среди жующих бурёнок видно не было.
— Куда эти, свистуны делись? – уже довольно мирно спросила у вытянувшихся рядом со мной по струнке, мать их, коллег.
— Так кто ж их разберёт? Ничего видно-то не было! – начал Пашка. – Мы сигналили минут десять, а потом все коровы с той стороны, куда ты кинулась, разбегаться стали. Ну, мы подумали – это ты их так! Подождали минут двадцать, а тебя всё нет, и нет. Пошли искать, а ты лежишь…
— В говне, — добавил банковский хрен. И тут же получил пинок. — Э, больно!
— Скажи спасибо, — прошипела, — что не в щиколотку, и ногу тебе, засранцу, не сломала!
— Лучше скажи, — вздохнул Пашка, явно прикидывая, что ждёт его самого, когда мы доберёмся до отдела.
— А этого, светящегося, чего, не было уже? – я уставилась на парней, пытаясь понять: то ли они всё проспали, то ли я чокнулась.
Парни переглянулись.
— Лер, сильно, да, башкой стукнулась? – сочувствующе протянул Пашка.
«Не углубляйся, Лер. Хорошо сами не обделались, а ты хочешь, чтобы они меня разглядели! Пф-ф! А вот мне могла бы спасибо-то сказать. Хорошо, я уже мёртвый, а то б замотался вконец с твоими коровами! Хотя, надо сказать, не думал, что сработает. Второй раз такой фокус проворачиваю, и сам не пойму, как. Помнишь драку в десятом классе?»
Я зарычала, помотала головой и, кряхтя, поднялась.
— Так, упыри! Пока ещё кто-нибудь тут не нарисовался, берём свои писульки, писюльки и ноги в руки и хреначим – вносим заново в акт коров по головам! И только попробуйте мне накруговертить чего – опять скотину натравлю! Будете бегать у меня, как нахлыстанные, до сентября, ёпт!
И повернувшись к машине, добавила:
— А тётя Лера — отдыхать. Где там телефон? Э, мудаки? Вы чего, мой телефон в поле просрали?!
Но парни, вжав головы в плечи, уже усвистали, видимо, предпочтя коровьи рога моей тяжёлой белой рученьке.
Начало главы тут: