В детстве мама часто стряпала черёмуховые пироги. Черёмуху мы, дети, собирали сами. Она росла на заливных лугах. Много было черёмухи по берегам реки. Для нас это было и развлечение и работа. Мы ходили собирать ягоды целыми компаниями, залезали на деревья, сидели на ветках и как обезьяны, качались на них. Черёмуху собирали в трехлитровые бидончики, которые висели у нас на шее. Вот с такими бусами мы лазили по деревьям.
Одновременно со сбором черёмухи, собирали черную и красную смородину. Кусты смородины находились обычно под черёмухой или где - то рядом. Красную смородину у нас почему - то называют «куманика», хотя на самом деле "куманика - это вид ежевики. Свежие ягоды мы очень любили есть с медом, какое - то время у нас были свои пчелы, но заниматься пчелами было хлопотно и потому ульи с пчелами перевезли в другую деревню, к деду. И в будущем мед мы возили уже от деда.
Черёмухи за сезон мы набирали довольно много, по крайней мере, родители сбором ягод не занимались, мы собирали достаточно. Принесенную черемуху сушили, а затем отец договаривался на мельнице, чтоб ее смололи.
Меня папа частенько брал с собой. Вот и черёмуху молоть я ездила с ним. Мельница стояла у плотины, вода падала с высоты на замшелое колесо и оно крутилось, передавая свое вращение жерновам с помощью шестеренок, цепных и ременных передач. Жернова - это такие круглые камни, которые растирают зерно или черёмуху, когда те попадают между жерновами. На мельнице всегда стоял грохочущий шум от работающих механизмов.
Когда мы приезжали с мельницы домой и привозили пол мешка молотой черёмухи, мама готовила нам такую смесь, она брала черёмуху, заваривала ее кипятком, добавляла сахар. Мы садились за стол. Мама ставила на стол сметану, приготовленную смесь черёмухи с сахаром, свежий хлеб. Мы садились за стол и нас за уши было не оттащить от этого лакомства.
Любовь Ивановна
