Быть пятой в большой семье не совсем плохо. Целых четыре человека тебя точно любят и заботятся. Это не считая родителей и бабушек, которые младших всегда жалеют больше. Но так мало новых вещей, чаще донашиваешь чьи-то, или сестры, или кто-то принесет. Однажды мне моя первая учительница, дорогая моя Нина Николаевна, принесла целый гардероб своей дочки. Очень была счастлива, так как таких вещей я точно не носила – блузки, юбочки, кофточки. Правда, выросла из них очень быстро, а мода на мини пришла чуть позже…
С шести до семи лет мы жили у бабушки в деревне. Считалось, что в шесть лет можно уже быть помощником, ведь бабушка держала корову, кур, пчел, была большая собака, пограничная овчарка Альфа (кто-то после службы её привёз с границы). Всё лето мы заготавливали корма для животных, вместе с бабушкой работали на колхозном поле (в колхозах тогда не было пенсии, работали все…), и, конечно, в своём огороде. Про наряды в деревне точно речь не шла. Тогда девочки еще ходили в платочках и длинных платьях чуть не до земли. И вот весной, видимо в весенние каникулы, приехала мама с братом Виктором. Тот на каникулы к бабуле отдохнуть заявился. Не помню, он еще в школе учился или уже в Коврове. Суть не в этом. Главное – мне мама привезла новенькие резиновые сапожки, блестящие! Сказать, что я была рада – это слишком мало, точно, наверное, на седьмом небе побывала! Мама уехала сразу (возможно, их папа привез, выгрузил брата и подарки и родители отправились назад в Курлово).
На следующий день, с раннего утра, я форсила в новых сапожках. Очень хотелось сходить в деревню (бабушкин дом был на другой стороне речки), но речка разлилась, и мне было страшно перебираться по настилу.
Витя соорудил плот и катался на нём по небольшому прудику за садом. Я стояла на бережку и любовалась. Он предложил мне прокатиться, подгреб к берегу и постарался, чтобы плот стоял надежно. Но я была очень неуклюжей, неспортивной девочкой. Держаться за брата боялась, а стоять на краю плота тоже суметь надо. И как только он оттолкнулся от берега – загремела в воду, сапожки меня не выручили. Прибежала домой, на печку. И сапожки поставила сушить. На утро они высохли, а блеск пропал. Сколько слёз было!
