Марлен Мартынович Хуциев - советский и российский кинорежиссёр, сценарист и педагог грузинского происхождения.
Закончил ВГИК в 1950 году (Мастерская Игоря Савченко), начал свой творческий путь на Одесской киностудии (1953-1958), затем с 1959 по 1965 год работал на киностудии имени М. Горького. В 1965 году Марлен Мартынович стал режиссером «Мосфильма».
«В жаркий июльский день, прячась от дождя, вбежали в телефонную будку на бульваре парень и девушка. Девушка куда-то спешила, дождь был явно некстати. Парню спешить было некуда, и он отдал ей свою непромокаемую куртку. Девушка побежала, прыгая через лужи, и скрылась в дожде. Она оставила парню свой телефон – он может позвонить и заехать за курткой в любое время, дома всегда кто-нибудь есть.» — Так начинается фильм «Июльской дождь», вышедший в 1966 году. И так начинали его описание Марлен Хуциев и Анатолий Гребнев (они же и были сценариста впоследствии) в своей заявке на литературный сценарий «Летний дождь» в 1964-м. Оператором-постановщиком выступил Герман Лавров («Обыкновенный фашизм»).
Фильм о молодости, поисках настоящей любви, душевных метаниях, в котором особо проявился стиль новой поэтики и точно передано настроение эпохи.
«Июльский дождь» открывается прогулкой героини по улице и закрывается ею. Многие критики отмечают сходство стилистики «Июльского дождя» с почерком Антониони. Главная героиня Лена (Евгения Уралова), подобно Монике Витти (музы Антониони) много прогуливается и прохаживается, а рваный монтаж местами напоминает почерк Годара, скорее, как цитата, чем заимствование.
Лена работает в типографии и вместе со своим женихом Владимиром (Александр Белявский) готовится вступить в брак, только вот событие это то и дело откладывается, не взирая на длительный период отношений.
Лена должна принять решение, но не может быть до конца уверена в Володе, ведь вокруг ломаются судьбы, но как у Чехова все делают вид, что это ничего, что так и должно быть. Вдруг и ее судьба не скажет исключением? Кстати, из радиоприемника то и дело вырываются реплики из «Трёх сестёр» Чехова: «Тарарабумбия, сижу на тумбе я, и горько плачу я, что мало значу я…»…
Лене около 30-ти, иллюзии безмятежного счастливого будущего безвозвратно развеялись, энергия иссякла. Девушка повсеместно как бы замирает в пространстве, все что она делает существует опосредованно, напоминает шумный фон, она вглядывается в людей, пытается выискать ответы на свои вопросы. Всех без исключения персонажей обволакивает недосказанность и отрешенность. Но что-то в Лене пробуждается, что-то, увы, несвойственное Володе, - она бунтует против обыденности, она совершает поступок, но сулит ли это счастье героям?
Линии второстепенных персонажей никак не разрешаются, судьбы их давно превратились в шум, течение жизни, когда не помнишь начала и не ведаешь конца.
Монтажно фильм построен на контрастах: более динамичные жизнерадостные сцены соседствуют с меланхоличными, почти трагическими и размеренными. В музыкальном оформлении фильма действует тот же приём. «Визуальное противопоставляется вербальному. Чувства вступают в конфронтацию со словами» (Г.Гусев, «Кинотексты»)
В фильме есть ряд сцен, в которых на первый взгляд ничего не происходит, да и действия как такого в фильме нет. Есть фактуры стихий, атмосфера, но не действие в привычном понимании. Посредством вроде бы ничего незначащих сцен, Хуциев показывает неустроенность жизней Лены и Володи. Но на фоне праздного течения одинаковых дней разворачивается всё-таки внутренняя борьба Лены, инертность окружающих разжигает, пусть бледный огонёк, но всё-таки огонёк - жизнь есть пробуждение.
При просмотре фильма время действительно останавливается, хочется стать каплями тёплого дождя, пылью на листьях, жаром раскалённого асфальта.
Мы в предвкушении лета, друзья, - лучшего времени для просмотра не сыскать.
#нашекино #хуциев