Внедорожник плавно остановился на застеленной плиткой площадке возле крыльца. Из него вышел солидный мужчина лет пятидесяти и выскочила молодая женщина по возрасту годившаяся в дочери, но её громкое обращение «папочка», говорило скорее о статусе любовницы или очередной жены.
Мужчина осмотрел результаты только что закончившегося субботника скорее с досадой, чем с возмущением, как это делает человек, который в любом случае добивается своей цели, а всякое сопротивление воспринимает, как понапрасну потраченное время и только.
С невозмутимым и даже немного брезгливым лицом он направился к границе участка и найдя глазами соседа махнул тому рукой, жестом приказывая явиться пред очи высокого начальства.
Пётр Карпович только на мгновение сжался, втянув голову в плечи, но вспомнив, что партия только начинается, быстро взял себя в руки и, не вставая из-за стола, на который уже начали подавать шашлык, крикнул соседу безразлично:
- И вам доброго дня, Станислав Аракдич, присоединяйтесь к нашему столу.
Спокойствие соседа сбило Станислава Аркадьевича с толку. Наличие такого количества заступников для бывшего прокурора никакого значения не имело. Не драться же он собирался. Собирался он подвинуть в сторону мешающегося соседа. Просто подвинуть.
Должен радоваться этот бывший прапорщик, что не вышвырнуть из деревни, не засадить в тюрьму (и то, и другое тоже можно обеспечить, проработав прокурором района столько лет) решил хозяин жизни, а просто подвинуть. А для этого не кулаки нужны, а власть. А с этим у прокурора, несмотря на приставку «бывший», всё в порядке.
Поэтому и не было у него раздражения. Разве, что досада, что придётся время тратить, и брезгливость, что тратить придётся на это хромое быдло.
- Да подойди ты сюда, поговорить нужно, - хорошо поставленным голосом сказал бывший прокурор, - Не объедят тебя твои гости.
Пётр Карпович уже хотел подняться, но сильная рука довольно щуплого на вид Профессора легла ему на плечо.
- Я поговорю, - сказал он.
Сосед, увидев, что поговорить вызвался один из гостей, развёл руками. «А это что ещё такое?» -обозначал сей жест.
- Доброго дня господин Яворский, - официально обратился Профессор к высокомерно смотрящему на него представителю местечковой власти, - Меня зовут Константин Сергеевич Рыбаков. Я общественный защитник вашего соседа. Уверен, что вы как человек знакомый с законом не имеете претензий к моему доверенному лицу. И если вы засвидетельствуете это при свидетелях, то и мы не будем выставлять счёт за работу, которую мы выполнили, - и говоривший кивнул на сложенный у бани забор.
Станислав Аркадьевич, видавший-перевидавший всякие адвокатские штучки и от персон значительней и крупнее новоявленного защитника не стал утруждать себя дипломатиями разными, а просто и коротко сказал:
- Слушай сюда, защитник хренов, я сегодня добрый, поэтому даю вам время. Обедать я буду на улице вон за тем столом. Во время обеда я бы не хотел лицезреть ваши рожи. Так что забор должен стоять. Иначе я перестану быть добрым. Я ясно выразился? - закончил господин Яворский и посмотрел на собеседника своим профессиональным взглядом, который должен приводить в трепет любого на кого он направлен вне зависимости имеет тот не лады с законом или нет.
Собеседник просто улыбнулся.
- А что нам время тянуть? - ответил он, - Мы всё равно доброту твои не оценим. Вот такие мы засранцы.
На последних словах Профессор засмеялся и это было в сотни раз обидней любых оскорблений. Кровь хлынула к лицу бывшего прокурора, но он, как никто другой знал, что давший волю эмоциям уже проиграл. Поэтому быстро взял себя в руки и глядя на обдчика достал мобильный телефон и сказал голосовому помощнику:
- Райотдел, дежурный.
Трубку он держал подальше от уха, чтобы собеседник слышал разговор. Когда гудки в трубке сменил голос мужчина перебил докладывающего:
- Это Яворский. Миша сооруди мне машинку ППС на мою дачу. Тут 167-я наклёвывается, - и подождав пока дежурный записывал, добавил с некоторым сожалением, - часть первая. Хотя посмотрим, что ещё нам эти клоуны покажут.
Профессор вернулся к столу, где присутствующие хоть и не показывали своего интереса, тем не менее прослушали внимательно весь диалог. Хороший шашлык, который похвалил, даже Мурат вернул прежнее праздничное настроение. Разве что тосты пришлось отложить до приезда полиции.
И это оказалось ненадолго, потому что минут через двадцать по деревенской улице замигала сине-красными огнями полицейская машина.