Найти в Дзене
Ольга Левкович

Дворник.

Эту историю мне рассказал мой хороший знакомый, следователь нашего районного ОВД. В тот день я решил зайти к нему и отдать три сотки, занятые пару недель назад. Он молча открыл дверь и впустил меня, ничего не спрашивая — что для него крайне нехарактерно, — после чего молча прошел на кухню. Я проследовал за ним. На столе стояла полупустая бутылка водки и початая банка соленых огурцов — сразу видно, что человек не в духе. Он налил себе водки, и, секунду подумав, налил еще одну стопку и пододвинул ее мне. Выпив предложенное, я сел за стол и уставился на друга. Тот поднял на меня свой затуманенный алкоголем взгляд и начал говорить. «Знаешь, есть на свете такая штука — справедливость. И не просто справедливость, а высшая — когда нечто гораздо сильнее нас решает, кому жить, а кому нет. Суть в чем — месяцев пять назад у нас во дворе появился необычный дворник, довольно интеллигентный мужик. Со всеми был вежлив, помогал матерям поднимать коляски по лестнице, делал комплименты приподъездным ба

Эту историю мне рассказал мой хороший знакомый, следователь нашего районного ОВД. В тот день я решил зайти к нему и отдать три сотки, занятые пару недель назад. Он молча открыл дверь и впустил меня, ничего не спрашивая — что для него крайне нехарактерно, — после чего молча прошел на кухню. Я проследовал за ним. На столе стояла полупустая бутылка водки и початая банка соленых огурцов — сразу видно, что человек не в духе. Он налил себе водки, и, секунду подумав, налил еще одну стопку и пододвинул ее мне. Выпив предложенное, я сел за стол и уставился на друга. Тот поднял на меня свой затуманенный алкоголем взгляд и начал говорить. «Знаешь, есть на свете такая штука — справедливость. И не просто справедливость, а высшая — когда нечто гораздо сильнее нас решает, кому жить, а кому нет. Суть в чем — месяцев пять назад у нас во дворе появился необычный дворник, довольно интеллигентный мужик. Со всеми был вежлив, помогал матерям поднимать коляски по лестнице, делал комплименты приподъездным бабкам, отчего те его сразу полюбили. Многое знал, о многом мог поговорить. Как я понял, он раньше бизнесменом был, но потом разорился и покатился под откос. Почему он решил пойти работать дворником — ума не приложу, такого, как он, многие компании с руками бы оторвали. Но нет. В итоге через три месяца его знал весь двор, и все были готовы в случае чего помочь — например, если у него ломался инструмент, ему одалживали личный. Ни разу он ничего не украл, все возвращал, как только чинил старый или добывал новый. Где-то месяц назад, когда у него лопата сломалась, я ему свою одолжил — лед ему нужно было у подъезда отбить. За вечер он не успел, и я разрешил ему оставить лопату на утро. В четыре часа он вышел на работу и приступил к очистке. И, по несчастью, нарвался на пьяную компанию — три хулигана и девушка одна. Так она, как дворника увидела, сразу — фу, что он тут делает, уберите!.. Ну, парни, недолго думая, его избили и в канаву бросили. А потом еще эта стерва ему каблуком припечатала в нос. Нашли его днем, спасать было уже поздно. Завели дело, вышли на этих уродов — я лично занимался. Допросили эту дуру, она в слезы, все рассказала. А я из принципа на нее непреднамеренное убийство решил повесить — парни, как это уразумели, сразу дружно дали показания, что это все она. Взяли с нее подписку, отпустили до заседания. А на следующее утро нашли ее в подъезде. Лопатой зарубили. Тут прозвенел первый тревожный звонок. А когда криминалисты приметы орудия убийства перечислили, прозвенел второй — на штыке лопаты была характерная зазубрина, такая же, как и на моей. Подняв протокол, я выяснил, что моя лопата не была найдена около Васькиного трупа. Решили потрясти парней — лично поехал к одному на дом. И обнаружил его труп прямо на лестничной площадке — жил он на верхнем этаже, дом аварийный, на расселение, так что неудивительно, что его труп не был обнаружен. Вызвал опергруппу с криминалистами и поехал ко второму. Тот долгое время отказывался открывать дверь, но в итоге все же пустил меня, после чего закрыл дверь на все замки и упер ее куском швеллера — откуда он его родил, чёрт знает. Не суть. Рассказал он, что ночью за ним кто-то гнался с лопатой в руках. Преследователя он не разглядел — слишком быстро бежал. Третий хулиган был найден в позиции, аналогичной первому. Второй добровольно сдался в психбольницу, где скончался от сердечного приступа через два дня. И с тех пор, весь этот месяц с момента Васькиной смерти, на районе происходят убийства. Причем все жертвы — либо крашеные пьяные дуры, прости Господи, либо такое же хулиганье...». Он закончил рассказ и залпом выпил еще одну стопку. «Так что, брат, уверен я — Васька это с того света мстит. Свидетелей нет ни в одном из пятнадцати — слышишь, пятнадцати! — случаев. А район у нас далеко не безлюдный. Рассказать в отделе не могу — сразу на психологическую экспертизу отправят и в отставку, есть такие товарищи, давно меня подсиживают. Вот и горюю — вроде и убийцу знаю, вроде и орудие убийства знаю, как выглядит, а рассказать никому не могу». Я отдал долг и, еще немного посидев с другом, вышел на улицу. Во дворе, на детской площадке, заливались смехом две пьяные вдрызг девки. Я прошел мимо них и вдруг в темноте подворотни увидел тень. Мужчина с лопатой. Не поверив своим глазам, я зажмурился и посмотрел еще раз. Тени не было. Списав все на впечатление от истории, услышанной только что, я пошел домой. Надо ли говорить, что наутро в том дворе нашли два свежих трупа...