- Я б те вдул!
- Что, простите? - оборачиваюсь и замечаю неухоженного мужчину.
Для бомжа слишком чистый. Но возраст, как часто бывает у бездомных, не определишь: может 20, может 40.
Лицо скукоженное, будто от лба к подбородку стремится свернуться в трубочку, как бисквитный рулет.
Глаза живые, внимательные.
А ещё зубы. В очень хорошем состоянии. Ровные, красивой формы. Цвета слоновой кости.
Мы с отцом Арсением заехали в подмосковный храм. При храме воскресная школа и что-то типа пункта помощи бездомным людям. Настоятель храма - молодой, активный, сил через край. Наладил выпуск малотиражки, запустил храмовый сайт. Меня позвали помочь с наполнением.
Сделала несколько интервью со служителями. Пообщалась с прихожанами. Посидела на открытом уроке в школе.
После чего отец Арсений повёл меня в трапезную, перекусить.
Там-то я и услышала:
- Я б те вдул!
Как реагировать?
Оскорбиться?
Сделать вид, что ничего не слышала?
Нахамить в ответ?
Хотя, какое тут хамство ? Похоже, как маленький ребёнок произносит матерные слова, не понимая их смысла.
- Виталий, за языком следи! - приходит на помощь отец Арсений.
- А что? - отвечает мужчина. - Красивая она. Че ж не вдуть?
Батюшка бросает на мужчину свирепый взгляд, и меняя интонацию на ласковую, поясняет мне:
- Не сердитесь на него, Настенька, не со зла сказал. Виталий у нас безумный.
Растерянно перевожу взгляд на Виталия.
Тот довольно улыбается, показывая свои красивые зубы.
- Я безумный. Это плохо. Но есть и такие, которые хуже безумных в тысячу раз.
- Это кто же? - присаживаюсь на стул напротив.
Отец Арсений закатывает глаза:
- Связался черт с младенцем. Ладно, пойду пока чайничек поставлю.
- Хуже безумных те, которые «себе НА уме». На уме жить нельзя. Они его (ум) в плен захватили и заставляют теперь работать на себя, корысти ради.
- Почему же нельзя, - стараюсь поддержать разговор, хотя уже жалею, что ввязалась. - Говорят же: живи с умом.
- Именно! - хлопнув себя по коленке, говорит Виталий. - С умом! Не «НА уме». И не «умом». С! Вот ты молодец ! Сразу поняла!
- Нет, - смеюсь, - если честно, я ничего не поняла.
- Ну как же! - лихорадочно тараторит Виталий. - Жить умом нельзя. Как нельзя женщине жить мужчиной. Нужно «С мужчиной». Потому как, если ты жила мужчиной, а он ушёл, то тебе жить нечем, смысл ушёл. Другое дело, если жила С мужчиной, не растворилась в нем, себя отдельной сохранила. Ушел он, а ты - не убитая, новый смысл найдёшь. И с умом так же. Живи не умом. Живи с умом.
- Ну, допустим, - соглашаюсь. - А жить «себе на уме» - это как сесть на шею мужа, и радостно свесить ножки?
- Именно! - радуется Витали и подмигивает мне. - Да, ты еще и сообразительная! Когда живешь «себе на уме», то в итоге твой ум страдает. Ты ж ему развиваться не даёшь, ты его только эксплуатируешь. Но рано или поздно, эксплуатируемые свергнут эксплуататоров. Будет революция!
Не могу определиться - смешат меня рассуждения нового знакомого, или откликаются?
- Вы это все сами придумали? - спрашиваю.
- Сам, сам, - отвечает за него, бесшумно вернувшийся отец Арсений. - Он у нас хоть и безумный, но философ. Ну, да хватит на сегодня разговоров, пойдёмте, Настенька, чай пить.
Отец Арсений берет меня под локоть и ведёт сквозь кухонную арку трапезной.
- Виталий - кто? Бездомный?- спрашиваю, когда мы остаёмся вдвоём.
- Да, нет. Работает у нас, типа сторожа. Зимой дороги чистит. Машины с провиантом разгружает. В школе завхозу помогает, прибить там что, или замок починить.
Два года назад родной отец его к нам привел. Хороший у него отец - доктор психологических наук. Да. И мама хорошая, бухгалтер по образованию. В кого сын такой получился - неведомо. Не умственно отсталый. Но с отклонениями. Еле школу окончил. Так-то, он нормальный, рассуждает интересно, иногда такое загнёт, что диву даёшься. Но не вписался в жизнь. Как ребёнок. Что вижу, то и говорю. Ни схитрить. Ни промолчать. Границ общения не чувствует. Собой не управляет. Может разреветься от обидного слова. А может и кулаком в нос дать. Ответственности за свои поступки не понимает. Безумный, в общем.
Сижу , слушаю как старомодные часы с гирьками-шишечками на стене тикают.
- Отец Арсений , может про него написать ?
- На сайте? Что вы, Настенька, не надо! Не хватало, чтобы к нам со всей страны таких безумных свозить начали. От этого итак уже на стенку лезем. Он же не только философствует. Он же действует. Вот недавно доверил я ему церковную кассу с пожертвованиями донести из храма до дома отца настоятеля. Тут идти 600 метров. Так он на этих 600 метрах умудрился коленце выкинуть. Все деньги потратил!
- На что?
- На водку!
- Так он пьёт?
- Если бы .... Зашел в ближайший супермаркет и купил на все деньги несколько ящиков водки. Притащил их к храму. И вылил . На землю.
- Зачем?
- Книгу какую-то научную прочитал. Про то, какое пагубное воздействие алкоголь оказывает на младенца в утробе матери. Как детишки с уродствами рождаются. Вот и решил с алкоголем бороться. Покупать водку и уничтожать. Чтобы, значит, никому не досталась ... Ребёнок, эх ... - машет рукой отец Арсений. - Что тут говорить? Безумный ...
Бузумный...
Ум ушёл, значит.
А душа осталась.
И какая!..
- А у себя, в соцсетях, напишу про него, можно?
- В соцсетях? Это там, где все думают, что вы сказки сочиняете?
- Ага.
- Там можно. Пишите. Все равно никто не поверит.