Обе киноверсии «Двенадцати стульев» — ту, что с Арчилом Гомиашвили, и ту, которая с Андреем Мироновым — я знаю с детства. Чуть позже познакомился с «Золотым теленком» с Сергеем Юрским. Но сами романы умудрился прочитать уже студентом в первой половине девяностых. К тому времени я неплохо изучил историю раннего Советского Союза искренне недоумевал, как эти произведения вообще были опубликованы. Трудно представить себе более злой памфлет на советскую действительность 1920-х. Оставалось только делать скидку на несовершенство советской цензуры — и удивляться.
Удивлялся я, как выяснилось, делал зря. Доказательством тому служит книга Ильи Ильфа «Записки провинциала». Знакомство с нею дает ответ на вопрос, почему советские читатели совершенно свободно читали романы Ильфа и Петрова. Памфлет памфлетом, но «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок» прекрасно вписывались в стремление довоенной советской литературы и журналистики изжить недостатки нового строя с помощью сатиры. Да, едкой, да, злой, но — по-настоящему смешной.
Талантливый сатирик — а Илья Ильф несомненно входит в их небольшое число! — видит и гиперболизирует все то типичное и узнаваемое, что подлежит осмеянию. Это очень хорошо видишь, читая «Записки провинциала». Заглавие книге подарил один из вошедших в нее коротких фельетонов. Он не самый смешной и не самый выдающийся, зато идеально задает структуру сборника. Это действительно записки провинциала, сорванного с привычного места, выметенного революционными ветрами из родной Одессы и заброшенного в Москву. Очень любопытно проследить этот путь и сопровождающую его (или заданную им?) творческую трансформацию Ильфа. Первые замечательно прозрачные и пронзительные рассказы сменяют одесские байки в духе Бабеля и абсурдистские зарисовки в стиле Хармса. Им на смену приходят явно газетные фельетоны и репортажи. А завершается все записками, откровенно перекликающимися с «Двенадцатью стульями» и «Золотым теленком».
Романы Ильфа и Петрова, я уверен, не были вызовом власти или попыткой очернить советскую действительность. Для двух незаурядных литераторов они стали способом противостоять мещанству и пошлости, расплодившимся в годы НЭПа и давшим многочисленные метастазы после его отмены. Они вызывают у Ильфа откровенное омерзение, которое нормальный человек ощущает, глядя на расползающуюся плесень. С этой вездесущей заразой Илья Ильф воевал тем оружием, какое сам себе выбрал — карандашом газетчика и пером писателя. И не его вина, что эту схватку он проиграл.
Ильфа и Петрова не случайно растащили на цитаты. Афористичный слог — одно из главных достоинств их произведений. «Записки провинциала» доказывают: не только в сатире. «Нет ненависти, которая не превратилась бы в воспоминания. А плохих воспоминаний нет», — пишет Илья Ильф в 1923 году. Спасибо. Мне не хватало этой формулировки.
Илья Ильф «Записки провинциала». Издательство «Ломоносовъ», Москва, 2015 год. Цена в филиале «Гипериона» в арт-пространстве «Нигде кроме»: 450 рублей.
#книги
#гиперион
#книжный гэндальф
#блог о книгах
#литература