Одна мама сказала мне на днях, что ребенок ее совсем не слышит. Что он «окопался» в своем упрямстве и сопротивлении и ни за что не желает вылезать. И чем больше она оттуда его выковыривает: «Сколько раз тебе можно повторять...», тем глубже он уходит в «глухую» оборону, пропуская все ею сказанное мимо ушей.
Бернас Гольс, французский психоаналитик, говорил, что «психическая реальность родителей пропитывает внешнюю реальность ребёнка, а из внешней реальности ребёнка строится его внутренняя реальность»
Хотите секрет? Детская психика питается внешней реальностью, отраженной в словах и поведении родителей, предсказуемостью, четкими правилами, семейными традициями и ритуалами. Все это дает ей возможность справляться с внутренним напряжением, тревогой и неоднозначными ситуациями.
Детский психический аппарат несовершенен. И в этом сложном мире ребёнку важно иметь константы, чтобы опереться на них, пока его внутренняя реальность только-только формируется. И чем больше изменений происходит в детской жизни, тем важнее опираться на то, что остаётся постоянным в любой ситуации. Например, гигиенические процедуры перед завтраком, который случается в одно и то же время; ежедневный ужин всей семьей за одним столом; подарки под елку к Новому Году …или пожелание спокойной ночи перед сном. Все начинается с семейных правил и ритуалов и … предсказуемой последовательности действий значимых взрослых.
А если жизнь семьи - сплошная спонтанность, хаос, полное отсутствие семейных традиций, ритуалов и каких-либо «режимностей», то ребёнок начинает изобретать ритуалы и режимы собственные: он капризничает по утрам, когда надо идти в сад или школу; спорит с родителями или их не слышит; разбрасывает вещи и устраивает время от времени протесты и скандалы.
Эрик Берн, отец транзактного анализа, считал, что «все дети рождаются принцами и принцессами, а некоторые родители превращают их в лягушек». Как? Своим непредсказуемым поведением, непоследовательным отреагированием и «невключенностью» в удовлетворение потребностей своего ребенка мы формируем его зыбкую внутреннюю реальность, негативные представления о самом себе, мире и людях его окружающих.
Ребёнок, как раскрытые ладошки, в которые можно много чего насыпать и положить. В том числе, разных слов и «не слов» в виде запретов, разрешений, предписаний, правил и представлений. И послания эти бывают тяжелыми, как чугунные болванки, или лёгкими, как цветочная пыльца. Важными, как любовь к родине и чувство долга, или ничего незначащими, как пена и мыльные пузыри. Родительские предписания - они разные: порой липкие, как растаявшее мороженное, порой набивающиеся во все щели, как придорожная пыль, порой острые, как бритва, а иногда и неподъёмные, как огромные валуны.
И по ходу взросления что-то из щедро отсыпанного нам родителями может улететь, подхваченное временем, а что-то может придавить и пригнуть к земле так, что мы перестаем «расти». Чем-то может на годы запорошить глаза, а кое-что из «предписанного» родителями может остаться в наших ладошках надолго. А может, и навсегда. Как константы в виде семейных правил, ритуалов и традиции, ставшие фундаментом внутренней опоры… или их отсутствие…
Ольга Караванова
Клинический психолог