Связи Азербайджана со Скандинавией начались задолго до "асгардских" изысканий Тура Хейердала. И судьбоносными для Закавказья тут стали шведы. Точнее - единственная шведская семья в лице трёх братьев Нобель и партнёра их, крещённого немца курляндского Петра Бильдерлинга.
Не слишком удачливый стокгольмский архитектор Эммануэль Нобель (сам родом из Уппсалы) в середине 19 века в поисках лучшей доли перебрался в Финляндию, а затем и в Петербург. Там он основал механический завод и в Крымскую войну поставлял российскому флоту морские мины собственной разработки.
Ну а поставки фронту - это наивыгоднейший бизнес всех времён. Сыновья Эммануэля уже имели отличный стартовый капитал. Роберт, Альфред и Людвиг Нобели, оставаясь при этом шведскими подданными, вовремя оседлали нефтяной бум в Баку и создали первую в России гигантскую нефтяную компанию - "Бранобель".
Основным нефтепродуктом в те времена был фотоген, по-нашему говоря керосин, и господствовали на его рынке американцы с Рокфеллерами во главе. У них была развитая железнодорожная сеть, глубоководные порты и отлаженные каналы поставок, и перед бакинскими нефтяниками стояла задача куда более сложная, чем добыть нефть - её недорого вывезти. Нобели пошли своим путём, использовав все достижения тогдашнего прогресса для максимальной оптимизации доставки.
Керосин с их помощью стал на русском рынке товаром дешёвым и массовым, а для того по их заказу вместо привычных бочек-"баррелей" были изобретены или радикально доработаны нефтехранилища, вагоны-цистерны и наливные суда. Причём если первый в мире танкер "Зороастр" (1878) был паровым, то первые в мире теплоходы "Вандал", "Скиф" и "Сармат" нефть ещё и потребляли как топливо.
В России "Бранобель" всячески лоббировал использование дизелей, и вплоть до следующего витка нефтяной гонки, когда в Америке начали массово распространяться автомобили и ценнейшим нефтепродуктом сделался бензин, Российская империя оставалась лидером нефтедобычи.
Но осталось от "Бакинской империи Нобель" немного, да и то больше в портах, на заводах и нефтебазах. В Белом городе, как Нобели называли свой рабочий посёлок по контрасту с мрачным стихийным Чёрным городом, ещё стоит их особняк (1884) с красноречивым названием Вилла Петролеа (Мазутное поместье, в вольном переводе), недавно и при поддержке Швеции ставший музеем - внутри не слишком информативно, но красиво воссозданы интерьеры:
Похожий, но попроще дом стоит в грузинском Батуми, в пролетарском районе с колоритным названием Бензе - не от бензина, но близко - от абрревиатуры БНЗ (Батумский нефтезавод). Если непосредственно из Баку через Астрахань и далее вверх по Волге нефть вывозилась на внутренний рынок, то БатумЪ для Нобелей стал главным экспортным портом. В их старой конторе ныне тоже технический музей - маленький, однако вполне по-грузински душевный:
Соединял же две резиденции тоненький керосинопровод, уложенный в 1897-1907 годах вдоль железной дороги. В 1928-30 по его мотивам прошла уже куда более масштабная нефтяная труба.
Не удивлюсь, если это она и торчит у моста в паре сотен метров от бывшей конторы - современный нефтепровод до Батуми не доходит, заканчиваясь терминалом Супса севернее по черноморскому побережью.