Всю жизнь меня ужасно завораживают какие-то проступающие из скучной повседневности материальные «следы прошлого».
Про «Буратино» я уже как-то писал, повторяться не буду.
Но, помнится, даже «Аэлиту» в детстве я читал, ловя сразу два кайфа - от боевика (это же боевик, да?) и от описания марсианских артефактов.
Типа такого:
«У края этой пустыни, бросая резкую, длинную тень, возвышалась гигантская статуя человека, – потрескавшаяся, покрытая лишаями.
Каменный, обнаженный человек стоял во весь рост, ноги его были сдвинуты, руки прижаты к узким бедрам, рубчатый пояс подпирал выпуклую грудь, на солнце тускло мерцал его ушастый шлем, увенчанный острым гребнем, как рыбий хребет. Скуластое лицо с закрытыми глазами улыбалось лунообразным ртом.
– Магацитл, – сказал марсианин и указал на небо…»
Или лабиринты царицы Магр - а-а-а, кайф же!
«Живьём» я это впервые почувствовал на развалинах Новоафонской крепости. От того, что день был туманным и каменные серые постройки из него едва выглядывали, ощущение прикосновения к тайнам прошлого было только сильнее.
Но это всё детские воспоминания.
А потом вдруг (ну ок, не очень «вдруг») привычные с детства вещи постепенно сами стали артефактами.
Не только полноценной «загадкой из прошлого» для наших детей, но и куском полустёртого знания для нас самих.
Удивительно было лет десять назад, отдыхая в Тарусе, наткнуться в лесу (одичавшем парке) на заросшую кустами и молодыми березками столовую когда-то стоявшего здесь дома отдыха. С колоннами, высоченными потолками, ротондами - сталинский ампир, не халам-балам.
В этом же лесочке местами попадались остовы парковых скамеек и статуи. Не магацитлы, но вполне себе дискоболы, волейболисты и девушки с вёслами.
Похожая фигня с эффектом узнавания была в одной поездке.
На краю маленького населенного пункта, где из всех развлечений - ларёк со сникерсами, стоял заброшенный Дворец культуры. Огромный осколок советского прошлого, в котором, судя по конфигурации здания, была полноценная театральная сцена с системой поднимавшихся занавесов и прочими театральными механизмами.
Иногда такие открытия дарят пробежки.
Например, бегу как-то по окраине Уфы по каким-то говнам и понимаю, что лет тридцать назад здесь был вполне приличный асфальтовый тротуар и даже столбы освещения остались, только заросли ивой и березой.
И ходили по этому тротуару весёлые и счастливые люди, добираясь пешим ходом с работы до профсоюзного санатория (вполне живого и по сей день). Просто люди перестали ходить, стали ездить и дорожку поглотил лесок.
Вчера пробежка вдоль Гребного канала похожее ощущение подарила.
Москва, конечно, похорошела и всё такое, но не везде пока протянулась обновляющая и оживляющая рука Собянина, поэтому комплекс в Крылатском ещё несёт на себе следы Олимпиады-80.
И я тут не ною по-старпёрски, если что.
Мне дико нравится то, что происходит в последнее десятилетие - всё это строящееся, оживающее и оживляющее.
На Москву-Сити, извините, без восторга смотреть не могу. И на многое другое.
Но прошлое завораживает уже тем, что генерирует загадки там, где их раньше не было. И это круто, по-моему!
И никуда я от этого не денусь.