Была весна.
Щедрая и удивительная природа предвосхищала рассуждения о потрясающем великолепии, о необыкновенном плодородии.
Распускались цветы, словно живой, вибрирующий смех земли.
В атмосфере царило спокойствие, всё преисполнялось нежностью.
Вокруг витала одухотворённая любовь.
Была весна.
Славная фаланга канареек, овсянок, дроздов, гатураму* оживляла горизонт заливистым хохотом, который гремел, как погремушка, гудел и звенел, как деревенские колокола.
Впереди простирался бескрайний экваториальный лес.
Звонкие и гармоничные мелодии источников, ручьёв и водопадов составляли хор великой оперы Творения.
Жизненная энергия била ключом от самых крепких стволов до самых хрупких корней.
Сверкала и пела цветущая зелень лугов и прохладная лазурь небес.
Души и души бродили, как сильфиды*, как крылья, как облака и облака, по утешительным сияющим сферам идеализма.
Трели и элегии разносились повсюду.
Славная фаланга канареек, овсянок, дроздов, гатураму оживляла горизонт заливистым хохотом, который гремел, как погремушка, гудел и звенел, как деревенские колокола.
Удивительная любовь окутывала снаружи светлый домик, очень светлый, расположенный на вершине холма.
Внутри умер Гиги, ребёнок, кристаллизованный поцелуй, мечта колибри; и надежды родителей погрузились в меланхолическую тень страданий, как грустные, грустные голуби…
Умер Гиги; весна жизни, весной природы.
И сумеречные туманы, вторгшиеся днём, омрачили всю комнату…
Казалось, что во всех вещах скрывалась боль.
И, когда его везли в могилу, песчаные дороги ощущали невыносимую тяжесть сердец, беспомощных в вере.
Прачки, что переходили дорогу, петляя и напевая, украшенные белизной одежды на головах, придавали редкие оттенки приветливости траурной тропе.
Кипарисы, молчаливые, сопровождали эту печаль, плача бесконечными слезами росы.
Дикие ароматы струились из зелёных лесов, наполненных пышными душистыми цветами.
Вдали, в высоких горах, слышалось приглушённое мычание довольных, с наслаждением пасущихся быков.
А на извилистой кромке пляжа чистые, сверкающие волны отражали живописные образы сильфид, порождаемых солнцем, кружащих над высокими холмами земного шара, скользящего сквозь свой вечный величественный закат в ореоле огня.
Удивительная любовь окутывала снаружи светлый домик, очень светлый, расположенный на вершине холма.
Внутри умер Гиги, ребёнок, кристаллизованный поцелуй, мечта колибри; и надежды родителей погрузились в меланхолическую тень страданий, как грустные, грустные голуби…
Перевод: А. Шадрина-Перейра.
*Аллегро – музыкальный термин, означающий веселье, оживлённость, радостность.
*Сурдина – приспособление, приглушающее звучание музыкальных инструментов.
*Гатураму – бразильская певчая птица.
*Сильфиды – духи воздуха в средневековом фольклоре, похожи на прекрасных девушек с прозрачными радужными крыльями.