фото не аутентичное, но картина очень похожа
Впрочем, были и другие маршруты. Мой товарищ Олег Митяев купил старенький двухэтажный автобус и стал возить на нём челноков в Польшу. Человек он активный, успел поработать в различных ЧВК, и для него что Польша, что Конго с Сомали было всё едино. Автобус гонял туда-сюда без остановки, и Олег частенько на выходные прыгал в него и составлял компанию прожжённым спекулянтам. Меня он несколько раз звал с собой, но я отмахивался, зная его нудный характер, но как то раз делать было нечего и я согласился. К тому времени на Варшавском ФСО начали выпускать по лицензии Дэу Матиз, и отдел запчастей подтвердил готовность поставлять эти запчасти в небольших объёмах.
Пожалел я уже на первой зелёной стоянке, Олег меня не предупредил и я, выйдя из автобуса, спокойно закурил, глядя в небо и прислонившись к борту у заднего колеса. Услышав вокруг себя характерные звуки я не поверил своим глазам. Прямо у меня на глазах неотягощённые излишним чувством такта представительницы челночного бизнеса отправляли различные виды нужды. Кое-как добравшись до своего места, я задёрнул шторку и на все обращения до самой Варшавы демонстрировал средний палец на руке всем, включая Олега.
В Варшаве нас привезли на бывшую советскую базу РВСН с железными кроватками, но очень мощным душем, после ужина мы пошли гулять по городу. Все наличные я спрятал, как мне посоветовали, под прокладку кроссовок, и поэтому слегка хромал. Олег поинтересовался почему я хромаю, и, узнав про баксы, начал смеяться и объяснил, что из поляков воины никакие, чтобы доказать это он взял у меня эти несчастные деньги и пошел по улице, размахивая пачкой, и всем проходящим мимо парням говорил: попробуй забери, курва! Подойти рискнула только одна компания, но услышав что то от Олега, они быстро ушли.
Посетив Pizza Hut с на диво вкусной пиццей и автоматом по продаже молодого картофеля размером с крупную вишню и политого сметаной с маслом, мы вышли, и Олег неожиданно предложил сходить в публичный дом. Он оказался недалеко от нашей казармы, на рецепшене сидела толстая старушка, и узнав, что мы русские, начала показывать нам одну за одной несколько тётенек. Я, прежде чем начать их осматривать, попросил озвучить стоимость услуги, и, узнав её, собрался уходить, не приступая к осмотру. Олег, обойдя всех и пристально всматриваясь каждой в глаза, неожиданно сказал, что одна из них похожа как две капли воды на его племянницу из Тетюш, и спросил у неё, не хочет ли она пойти с нами в пиццу хат. Я же увидел у одной девушки сборник фантастики на русском, и тоже пригласил её в пиццу хат.
Бабуля упиралась и кричала что так не можно, но мы объяснили, что в этом нет ничего плохого, вдобавок я пообещал передать ей с Валей большую пиццу с сардинами. Второй за день поход в пиццерию не задался с самого начала, Олег зачем-то сам захотел принести поднос с бокалами шампанского, при этом упал и очень сильно порезал руку. Скорая увезла его на перевязку, никто из нас не смог вспомнить адрес казармы и я договорился с врачом, чтобы Олега привезли в публичный дом, так как это был единственный адрес, который я знал в Варшаве. Девчонки допили своё шампанское, взяли бабулину пиццу, и я повёл их обратно на службу. Там польщённая вниманием управляющая разрешила мне сесть за рояль и Валя, у которой оказался приятный голос, до приезда Олега пела песни на русском и польском языках.
Этот публичный дом всё-таки принёс мне кое-какую пользу. На следующий день я позвонил Вале и спросил, не сможет ли она сопровождать меня в отдел сбыта в качестве переводчика, и она любезно согласилась, таким образом было положено начало ещё одной ветки международной торговли моей фирмы.