Мама - маленький домик на острове в океане. Красная крыша, дым из трубы, образа по лавкам. А на дно морское уходят остальные 99,9% скалы. И там - кракены, магма, подводные испытания ядерных бомб. Но у суши с морем контакта нет, и все взрывы и водовороты население обьясняет через религию. Бес попутал да Бог испытывает. Доведя до красных глаз, белого каления и трясущихся рук, мама пожимает плечами. Это тебя бесы мучают, а ей - искушение, праведникам всегда их посылают.
Вот и в новый виток жизни вместе она вошла со старыми правилами. Только мне было уже не 17, а 27, и училась я на психолога. Правда, характер как был отцовский, вредный, так и остался. Но против маминых ядерных психзащит и упрямство, и психология продержались недолго.
Начинала мама тихо. Я была с мужем, это её стесняло. Но быстро начала открывать дверь с ноги. Главное ведь - найти повод.
Любимый мамин повод - чистота. В отличие от действительно помешанных на уборке и честно страдающих, если передвинуто полотенце, мама на самом деле пофигистка. Когда никто не видит. Но casus belli - обязательно что-нибудь о чистоте.
Я быстро вспомнила, что подготовиться к этому невозможно. Подсуетись начистить раковину, из-за которой попало вчера, - она накричит из-за полов. Надрай полы - не заметит, а вот что-то окна сегодня не сияют. Главное ведь не уборка.
Однажды в нашем старом доме с садом она велела мне помыть одну комнату и провела через пять итераций «ты должна была догадаться» к уборке коридора, сеней, веранды и крыльца.
Вот в чём было главное мамино оружие. Она отстаивала право иметь свой язык, на котором «помой одну единицу» значит «помой две, нет, три, нет, четыре, нет, пять единиц» - и наказывать за непонимание - столько раз, сколько ей захочется.
Раскусив ещё в детстве этот подвох, я возненавидела уборку. Но что может сделать ребёнок? Забыть и уехать, а ещё запрезирать то, из-за чего гнобили, на годы застряв в диалоге, из которого вторая сторона давно вышла.
И вот мне представился шанс вернуться за парту и решить задачу как взрослые люди. С помощью «этой вашей психологии», которую мама ругала и как будто слегка опасалась.