Знаете, как Кощея Бессмертного по батюшке величать?
А вот я знаю.
Дорогие читатели, желаю всем доброго времени суток, сегодня на нашем канале приступаем к разбору образа легендарного злодея русских (и не только!) народных сказок – Кощея Бессмертного.
Приступаем по просьбе подписчицы.
И начнём наш разбор с имени и отчества.
Имя Кощей
Пара занятных фактов.
Согласно мнению некоторых учёных, персонаж с именем Кощей прослеживается в русских сказках только с XVIII века, до этого времени данного персонажа звали иначе – Карачун (см., например, статью. Р. Назирова «Истоки сюжета "Кащеева смерть в яйце"»).
Личное имя Кощей известно благодаря берестяным грамотам. Оно упоминается, например, в московской берестяной грамоте №3 (датируется концом XIV века), а наиболее часто фигурирует в берестяных грамотах XII века из Новгорода и Торжка.
Ну а теперь этимология.
Самых популярных версий две и они, думаю, хорошо известны многим. Их выделил лингвист Макс Фасмер. Первая гласит, что имя Кощей образовано от слова «кость» и тогда означает «худой, тощий человек, ходячий скелет». Вторая – что от тюркского «kоšči» («невольник»), и тогда Кощей – это «отрок, мальчик, пленник, раб» (как соотносятся отрок и мальчик с пленником и рабом я как-то не очень понимаю – в рабы только малолетних мужского пола брали?).
В «Слове о полку Игореве» упоминается «седло кощеево» – в него садится пленённый Кончаком Игорь. Ипатьевская летопись упоминает слово «кощей» в значении «воин из обоза».
Краткий этимологический словарь русского языка (Николай Максимович Шанский и другие) даёт очень дельный комментарий: слово «кощей» в значении «раб, пленник» этимологически ничего общего с Кощеем Бессмертным не имеет. Просто созвучно.
В самом деле, ведь Кощей Бессмертный статуса раба не имеет, вечность в неволе у немилостивого господина не томится (так, посидел немного в заточении, со всяким злодеем бывает) и уж тем более он не мальчик, не отрок.
А в известном словаре Даля утверждается, что имя Кощей образовано от глагола «кастить» – «вредить, пакостить», что злодейскому амплуа вполне импонирует.
Любопытно, что на сербском языке «кощей» – «кость и кожа» или «шея», на словенском и польском – «шея».
Отчество Кощея
Отчество Кощея называется в былине «Об Иване Годиновиче» – Трипетович (некоторыми трактуется как Трепетович).
Данная былина интересна тем, что Кощея в ней современный читатель вряд ли назовёт отрицательным персонажем. Кощей Трипетович предстаёт вполне себе галантным кавалером, сватается к черниговской княжне Марье Дмитриевичне. Соперником по амурному интересу выступает некий Иван Годинович, который похищает Марью Дмитриевичну и увозит её куда-то в чисто-поле (сдаётся мне, намереваясь обесчестить).
Но негодяйского Ивана нагоняет героический Кощей, по-омоновски укладывает Годиновича «мордой в землю, руки за спину» и просит Марью стать его женой. Спасённая княжна, естественно, соглашается. Ивана привязывают к дубу (откуда он взялся в чистом поле?), а сами Кощей да Марья удаляются в шатёр репетировать первую брачную ночь.
Но тут прилетает ворон...
А что делает ворон? Правильно, каркает.
Вот и стал накаркивать: не быть, мол, Марье Дмитриевичне Кощеевой женой, а быть женой Ивана Годиновича.
Отвлекает, в общем, гадость пернатая от ответственного процесса.
Не выдержал Кощеюшка, схватился за лук, выбежал из шатра и пустил стрелу в ворона. А там то ли ворон боевым искусствам обучен был, то ли Ванюша при переходе на тёмную сторону телекинезу выучился – стрела в самого же Кощея и попала. Как на зло, в этой вселенной он не Бессмертный, иглою в яйце не обзавёлся... короче, «двухсотый».
Марья – за сабельку, дабы в сердцах прикончить Годиновича, да только тот сразу развязался, холодное оружие отобрал и княжну четвертовал.
В других вариантах возлюбленную Кощея могут звать иначе (Настасьей, к примеру), а сама она может быть той ещё вертихвосткой: например, сбежать с Иваном по доброй воле, переспать сначала с ним, потом с Кощеем, сначала спасти Кощея от Ивана, а потом помочь Ивану одолеть Кощея. Вот такая вот непостоянная барышня...
Наши последующие заметки о Кощеюшке: