XIX век
Российская империя
Российский император Александр Павлович (правил в 1801-1825 гг.) никогда и никого не наказывал, если человек выражался в его адрес (не в лицо, разумеется) или критиковал его действия, как государя. А так как такой поступок подпадал под статью закона «Об оскорблении величества», то все бумаги по этому вопросу обязательно направлялись императору, чтобы он наложил на них свою резолюцию. И неизменно резолюция была одна и та же - «Простить!».
Один только Мичков, крестьянин Пермской губернии, получил сорок плетей и был сослан на поселение в Сибирь, но не за то, что хулил государя, а за то, что оскорбляя императора, он также проявил богохульство, оскорбляя имя Господне. За последнее и был наказан.
Как-то, когда министр юстиции И.И. Дмитриев с пачкой бумаг об оскорблении величества зашел в кабинет государя, то тот сразу же отказался их слушать или читать, а министру сказал:
- Иван Иванович, я такого рода дела никогда не слушаю. Простить – и кончено.
Когда же министр юстиции начал пояснять, что в этих делах есть важные детали, император разъяснил свою позицию.
- Не хочу слушать. Ведь может случится, что как император, я прощу виновного, но как человек буду хранить злобу, а я этого не хочу. И прошу, никогда не говори мне имени оскорбителя. Потому что, хоть я его и прощу, хоть не буду сохранять на него злобу, но его имя помнить буду – а это не хорошо.
Брат Александра император Николай Павлович (правил в 1825-1855 гг.) лишь посмеивался, когда сталкивался с аналогичными случаями.
А.И. Башуцкий, будучи камер-пажем, как-то дежурил в Зимнем дворце.
Пользуясь, что никого из начальства поблизости не было, пажи, находившиеся в Георгиевском зале дворца, развлекаясь, начали прыгать и дурачиться.
Башуцкий разошелся до того, что уселся на императорский трон и начал кривляться, отдавая различные приказания, что уже само по себе подпадало под закон «Об оскорблении величества». И вдруг в самый разгар потехи кто-то берет за ухо Башуцкого и тащит со ступеней престола. И тут Башуцкий пришел в ужас, узрев перед собой самого императора. Николай Павлович лично свел пажа с трона.
Замерли и остальные, а император улыбнулся и, обращаясь к Башуцкому, сказал, но так, что слышали все.
- Поверь мне, совсем не так весело сидеть тут, как ты думаешь.
На том дело и закончилось.
(Источник: Рассказы с государева двора)