Никогда ещё вода не была так сладка и желанна. Никогда до сегодняшнего дня он не ценил эту простую возможность - утолять жажду. Простое действие. Ему очень сильно хотелось пить.
Арни лежал на кровати и смотрел перед собой в потолок. Ему был пятьдесят один год. Всего пятьдесят один. Он лежал, миллионы мыслей проносились в его голове и не одной утешительной. Арни был сломан. У него неделю назад был инсульт. Врачи сказали что он не сможет больше ничего. Врачи сказали что это из-за сигарет. Врачи сказали это удивительно что он вообще выжил, кровь была такой густой, что не понятно как сердце ее перекачивало.
Он лежал с открытым пересохшим ртом и только глаза ему подчинялись. Говорить он не мог - только мычать. В доме была траурная тишина. Дети иногда заглядывали к нему в спальню чтобы проверить его.
Подумать только, ещё неделю назад он был силён как бык. Арни был высок и крепок - ни грамма лишнего жира. Красное обветренное лицо, острые черты. Грубый и зычный голос выработанный годами работы на стройке.
На стройке он с 18 лет. Он был из небогатой шахтёрской семьи. Когда он вырос он решил, что его дети никогда не должны жить так как он и поэтому всегда стремился обеспечить достаток своей семьи, ставил себя на второе место. Он даже не помнил какое мороженое его любимое. Он фактически жил на работе. Вечная погоня за деньгами выродилась в то, что он приходил домой только ночевать, да и то не всегда, а выходные были небывалой роскошью. Но его семья и правда ни в чем не нуждалась, зарабатывал он более чем достаточно. У Арни была только одна слабость - он много курил, иногда по три пачки в день. Это было неудивительно, он вырос из простого работяги в ответственного за целый участок при строительстве гидроэлектростанции. Десятки фирм подрядчиков и море ответственности.
Он лежал. Во рту было сухо. Его ладони были горячие и сухие. Жизнь утекла как вода сквозь пальцы, а вспомнить особо было нечего. Вереница строек, проектов и командировок. Он не видел как повзрослели дети. Он упустил свой шанс узнать их, подружиться с ними. Это были дорогие его сердцу люди, но он не знал их. Да что там дети, он вдруг понял что его жена, которую он горячо любит тоже посторонний для него человек.
Но больше всего его угнетало чувство беспомощности перед будущим. Он привык бороться с этим миром, выгрызать кусок получше для своей семьи. А теперь он обуза. Он не может их защитить. Он бессилен им помочь. Он их оставляет один на один с этим миром. И всё что он может это лежать, наблюдать и мычать.
Полное осознание, что жизнь прошла, накатывало как волна прибоя. Он выскребал воспоминания о своей жизни, но это было тщетно. В голове были только сметы, сроки сдачи, нормативы и правовые акты. Куча бесполезной шелухи. Ему впервые стало себя жалко, никогда до этого себя он не жалел.
Хотелось пить. Очень сильно хотелось пить. Его спина невыносимо зудела, но ему просто приходилось всё это терпеть. Так же как и всегда его желания были отставлены в сторону. Только теперь он осознал что за всю свою жизнь он так ничего для себя и не сделал. Этот зуд был просто иронией над его жизнью. Он не мог почесаться и он терпел. Он не хотел беспокоить родных лишний раз, не хотел смотреть на их лица полные боли и тревоги. Причинять им неудобства своими проблемами.
Жажда не давала ему никакого покоя. Это было невыносимо. Он замычал. Обычно при этом приходил кто-то и проводил губкой по его губам и ему становилось легче, но никто не пришёл. Подождав немного он замычал громче. Зуд и жажда сводили его с ума, вытесняя все остальные мысли. В конце его жизненного пути для него стали первостепенны наконец его желания, пусть и простые но для него важные. Он мычал изо всех сил, но никто так и не шёл. Слезы потекли по щекам лишая его последней влаги. Он мычал и плакал. Сердце колотилось.
Внезапно он открыл глаза, резкий глубокий вдох, как после задержки дыхания под водой. Он сел в кровати в темноте и пытался понять где он. Осознание действительности приходило очень медленно. А действительность была такова, что он проснулся от своего мычания, глаза были мокрые, рядом спала его жена, ему было сорок лет, вся жизнь была впереди и нестерпимо хотелось пить.
Он вошёл на кухню, шатаясь и всё ещё толком не понимая, что происходит. Открыл холодильник и достал бутылку минералки. Он выпил залпом половину бутылки. Пил жадно. Это было что-то среднее между кусанием и запихиванием в себя. Вдруг он стал ощущать волшебство радости, от того что он пьёт воду, холодную, газы щиплют горло и щеки. Он стал смаковать каждый глоток, это было так обыденно и так вкусно. Он насыщал себя. Никогда ещё вода не была так сладка и желанна. Никогда до сегодняшнего дня он не ценил эту простую возможность - утолять жажду. Простое действие - пить.
Сон ушёл. Допив воду он пошёл в прихожую, достал из куртки сигареты, вернулся на кухню, открыл окно, сел и закурил.