Старожилы вспоминают, что это дерево еще в начале ХХ века посадил главный инженер компании, которая строила железную дорогу на Кавказе.
«Тогда специалистов такой квалификации было мало не только в Осетии, но и в стране. Поэтому у железнодорожника был свой частный дом с садом, где он любил растить плодовые деревья, которые считались тогда редкими — груши, яблони и сливы, а для красоты — магнолию», — рассказывают местные жители.
А в 1940-х годах в дом железнодорожника переехала семья первого секретаря Северо-Осетинского обкома ВКП(б) Кубади Кулова. «Когда мы туда вселились в 1944 году – магнолия уже была в самом цвету. Однажды я мальчишкой решил продать букет из магнолии на базаре, а на вырученные деньги пойти в кино. Наломал ветки, пошел на базар, но никто их у меня не купил», – вспоминает сын Кубади Кулова Сослан.
Местные жители считают магнолию на Тамаева настоящим памятником природы. Всего подобных феноменов, переживших все революции и войны вместе со страной, в Северной Осети
Старожилы вспоминают, что это дерево еще в начале ХХ века посадил главный инженер компании, которая строила железную дорогу на Кавказе.
«Тогда специалистов такой квалификации было мало не только в Осетии, но и в стране. Поэтому у железнодорожника был свой частный дом с садом, где он любил растить плодовые деревья, которые считались тогда редкими — груши, яблони и сливы, а для красоты — магнолию», — рассказывают местные жители.
А в 1940-х годах в дом железнодорожника переехала семья первого секретаря Северо-Осетинского обкома ВКП(б) Кубади Кулова.
«Когда мы туда вселились в 1944 году – магнолия уже была в самом цвету. Однажды я мальчишкой решил продать букет из магнолии на базаре, а на вырученные деньги пойти в кино. Наломал ветки, пошел на базар, но никто их у меня не купил», – вспоминает сын Кубади Кулова Сослан.
Местные жители считают магнолию на Тамаева настоящим памятником природы. Всего подобных феноменов, переживших все революции и войны вместе со страной, в Северной Осетии около двухсот.
Автор фотографии: Алан Кесаев