Разбор проблем медицины во времена санкций, история космонавта и дневник волонтера, который на днях вернулся из Мариуполя. Публикуем дайджест лучших материалов недели на «Правмире».
Ждет ли нас кризис в медицине? 6 главных проблем
Лекарства исчезнут, врачи уедут, мы откатимся в 90-е? Иногда мы слышим такие прогнозы, но есть ли у них основания? Медэксперты рассказали «Правмиру», какие изменения они видят уже сейчас — и чего ожидают.
«К счастью, санкции не коснулись поставок медицинской техники и препаратов, только раньше они стоили n, а из-за логистических проблем будут стоить 2n, 3n, 4n», — говорит нейрохирург Алексей Кащеев.
Вези еду и смотри. Дневник волонтера, который вернулся из Мариуполя
Сергей Логвин вместе с другими волонтерами возит продукты в поселки недалеко от линии фронта — бабушкам в пострадавшем Мариуполе и детям, раненым в Волновахе. Мы опубликовали его дневник.
Мы идем мимо ворот одного дома, а они все в мелкую дырочку, как решето. Это дыры от осколков, от снарядов, от стрелкового оружия. Когда раздаем продукты, одна женщина спрашивает: “Кто это так раскошелился?” Местные немного удивлены, что мы раздаем им помощь.
«Надо ампутировать» — сказали врачи. Но мама помогла Эрике спасти ногу
У 12-летней Эрики из Иркутска обнаружили остеосаркому. «Ногу надо ампутировать», — сказали врачи ее маме, Инге. Чтобы сохранить ногу и победить болезнь, мама и дочь улетели в Москву и через многое прошли.
Когда иркутские врачи сказали: «У вашей дочери остеосаркома», — Инга не поверила. Как и сотни других родителей при таких словах, она впала в отрицание. Сидела и повторяла: «Может, это неправда? И это не опухоль? Бывают же ошибки?»
«Боль — это признак того, что ты жив». Протоиерей Федор Бородин
Можно ли сохранить мир в душе, когда больно, как в тяжелые времена поддерживать других, если едва справляешься сам и разделяет ли христианин коллективную вину? Об этом протоиерей Федор Бородин поговорил с Марией Божович.
«Ты можешь бесконечно плакать, выть, пребывать в депрессии, или ты можешь помочь хотя бы одному человеку. Если ты раздавлен, как твои дети вырастут?»
«Я стал космонавтом в 39 лет». Андрей Борисенко — о жизни на МКС
Андрей Борисенко мечтал стать космонавтом с детства, но первого полета ждал около десяти лет. Его зачислили в отряд в 39 лет, хотя предел — 35. О чем мечтает человек, покоривший космос, и что происходит со скафандрами пилотов после полета — Андрей Борисенко рассказал Алёне Корк.
«Я и не подозревал, как красива наша Земля и сколько эйфории я испытаю от ее вида в иллюминаторе. Какие-то секунды мне казалось, что это сон. И эти захватывающие эмоции накладываются на настоящую чистую невесомость, которая на Земле никакими способами не моделируется».