Люди всегда надеются на чудо, но не на простое чудо, а на то которое непременно намажет на хлеб побольше маслица, спишет все долги и разрешит набирать новые. То есть на сугубо индивидуальное, для них сотворенное чудо.
Не думаю, что хоть кто-то избежал в своей жизни участи думать: «вот-вот, и все изменится, и все будет очень хорошо именно у меня». И я в том числе очень часто живу с ощущением: вот-вот и все изменится.
Это чудо должен сотворить кто-то: бог, царь или герой, как поется в известном гимне социалистов.
От того так радостно встречали Царя у древнего города Иерусалима почти две тысячи лет назад. «Вот Он, придет, воссядет на трон и решит все наши проблемы – справедливый, мудрый, скромный». И бросали одежды и пальмовые ветви перед Ним, и кричали «осанна» - что значит «Спаси нас!».
Слухи о творимых Им чудесах уже давно будоражили умы: слепые прозревают, хромые ходят, прокаженные избавляются от своих струпьев, и даже мертвые – воскресают.
Вот-вот и наступит царство изобилия и справедливости.
Люди радовались, а власти тревожились: «А ну как – и вправду царь?». Но сделать ничего не могли, боялись народа. Так что просто выжидали, надеясь и в новом царстве (коли уж оно грядет) оказаться поближе к царю.
И мало кто обратил внимание, что грядущий Царь выбрал для торжественного въезда не боевого скакуна, символ власти, силы, а скромного ослика – олицетворение мира, труда, смирения и терпения.
Именно это самое главное в Его Царстве.
Разве может быть богом то, кто упивается своей властью, кто унижает и без того униженных, показывает свою силу гораздо слабейшим? Разве не будет похож такой «бог» на недалекого властителя, самоутверждающегося за чужой счет?
Этот Бог, этот Царь показал свою власть иначе. Он сделал то, на что не способен был не один правитель до него – он взял вину всех преступников в своем царстве на себя.
Входя торжественно в Иерусалим, он готовился к совсем другому шествию. Всего через несколько дней таже толпа кричала совсем иные слова: «Распни его!». Люди плевали в него, кидали камнями не подозревая того, что это они должны бы идти к Голгофе, это их долги и грехи несет на себе этот странный Человек.
И в этот раз у них, впервые за всю историю появился настоящий выбор. Выбор между тем, чтобы жить в страхе или, отринув этот страх, следовать за тем, кто шел на смерть явно уповая на что-то настолько высокое, настолько иное, что и сама смерть, и мучения перед этим теряли всякий смысл.
Нелегкий выбор, признаться. Потому что мы все живем «здесь и сейчас», и если нам хорошо здесь и сейчас, мы редко думаем о том, чтобы это изменить, разве что будущее сулит нам, нашему телу еще больший комфорт. И все мы ждем «доброго царя», который именно такое чудо мог бы с нами сотворить, никакое другое. И готовы кидать камнями в того, кто вдруг заявит нам, что смысл не в этом, не в этом суть нашей жизни.