Части 56-й танковой бригады, приданные 44-й армии, также в течение дня 8 мая контратаковали противника, уничтожив при этом 7 средних танков, 5 противотанковых орудий, до трёх рот пехоты и артиллерийский обоз противника на феодосийской дороге, потеряв при этом 17 танков (в том числе 7 КВ; все танки этого типа в бригаде), 15 человек убитыми и 25 ранеными [25; 47].
Большую роль в борьбе с наступающим противником сыграла артиллерия. В первой половине дня особенно активно вели огонь 457-й и 53-й артиллерийские полки резерва Главного командования. После 13.00, когда немцам удалось форсировать противотанковый ров, их наступающие войска были встречены огнём прямой наводки 477-го и 766-го артполков. Во второй половине дня почти вся артиллерия 51-й армии, повёрнутая в сторону наступающего противника, вела фланговый огонь.
По данным, приводимым В.В. Абрамовым, благодаря действиям наших артиллеристов немецкие войска потеряли 8 мая до 60 танков [1; 20-21].
Действия советских войск очень осложнялись немецкой авиацией, захватившей практически безраздельное господство в воздухе. Командующий ВВС Крымского фронта генерал Е.М. Николаенко в условиях, когда немецкие истребители блокировали все аэродромы на полуострове, сумел поднять в воздух, по сути, всего один полк истребителей И-153 «Чайка» (это из 8 полков, базирующихся непосредственно на Керченском полуострове) [27; 5]. Интересно, что авиация фронта, располагавшаяся на «большой земле», в течение 7-9 мая не произвела ни одного вылета в интересах фронта, т.к. по приказу главкома СКН маршала С.М. Будённого была задействована для нанесения ударов по противнику в районе Мариуполя [27; 5]. В таких условиях количественного и качественного превосходства немецкой авиации (когда в небе против самолётов противника сражались в основном устаревшие «Чайки») Крымский фронт потерял 8-9 мая 48 боевых машин армейской и фронтовой авиации. Потери немцев в воздушных боях составили всего 8 самолётов [27; 5].