Надо ли говорить, что Рустам Алмазович согласился и принял приглашение? Он, хоть и выглядел смущённым, улыбался весело, открыто и немного хитровато. И от пристального взгляда хозяйки дома это не укрылось.
- Почему так смотрите, Рустам Алмазович? Будто что-то задумали?
- Не боитесь, что буду теперь в банке хвастать, как у одной из начальниц пил чай с пирогами?
«А он не так прост!» - с удивлением подумала Мария.
Рустам Алмазович уже очень давно работал одним из системных администраторов банка, но не самым главным. Доступа к секретной информации не имел, потому и мог совмещать работу в банке и в службе технической поддержки одного из интернет-провайдеров. Мужчина как мужчина, такой типичный сисадмин, всё больше молчит, улыбается и непонятно, что там себе думает. Как пить дать, в душе смеётся над всеми «продвинутыми пользователями».
- А что вам это даст, Рустам Алмазович? - улыбнулась Мария. - Просто поболтать? Как-то непохоже на вас, вы всё больше молчите и, как выяснилось, слушаете. Потому не боюсь.
Рустам Алмазович усмехнулся, будто согласился.
- А можно ещё чаю? - видимо, решил соскочить со скользкой темы гость.
- Безусловно. И пирогов.
- Спасибо. Если уж предлагаете, можно, я совсем отморожусь и возьму пару пирогов с собой, детям? Они у меня непривычные к домашней стряпне. Вот поедем в августе в Татарстан к моим родителям, тётушкам и дядюшкам, тогда наедятся различных национальных деликатесов.
- Я очень люблю чак-чак! - воскликнула вдруг Юлька.
До сих пор они с Антоном молчали, с интересом наблюдая за пикировкой тёти Маши и мастера, у которого, видимо, больше не было на сегодня вызовов. Во всяком случае, непохоже, что он куда-то спешит.
- Я обязательно привезу вам настоящий, ему ничего не будет в дороге, мы постоянно привозим с собой сюда из Татарстана чак-чак. Моя тётя делает, мамина сестра. По особому рецепту. Я, конечно, не очень в теме, но знаю, что яйца для теста сначала хранятся в морозилке несколько часов, а потом нагреваются до комнатной температуры.
- Правда, привезёте для нас? - удивилась Юлька.
- Конечно. Вы же здесь ещё в начале осени будете, я правильно понял?
- Да, я буду возить ребят в школу отсюда и забирать. Их родители вернутся только в конце сентября. Но мы отошли от темы пирогов. Сейчас я положу разных для ваших детей. А вы ешьте тоже, тут на всех хватит. Я душу отвожу, а то не для кого обычно пироги печь. Одной много ли надо?
- Спасибо, Мария Андреевна! Мои ребята будут рады.
- А почему вы здесь живёте, если все ваши родные в Татарстане? - спросила Мария, достав из шкафа пергамент и заворачивая в него пироги.
- Здесь моя жена похоронена, мать моих детей. Я здесь проходил срочную службу почти двадцать лет назад, познакомился с Диной, и мы поженились.
Мария, Антон и Юлька молча смотрели на Рустама Алмазовича. Они были оглушены тем, что он сказал.
- А что ...произошло? - проглотив комок в горле, тихо спросила Мария.
- При родах. Множественные тромбы, - спокойно и лаконично ответил Рустам Алмазович.
- И вы остались один с детьми?
- Да, двойняшки, вот как ваши. Но не остался один, мама Дины тогда была жива, и мои родители приезжали на несколько месяцев. Вот так, при поддержке родных, и выкарабкались мы с ребятами. Они у меня молодцы, очень самостоятельные. Простите, что поделился такими проблемами, расслабился что-то от вашего гостеприимства. Спасибо вам, Мария Андреевна! И вам, ребята, спасибо. Пора и честь знать.
Рустам Алмазович поднялся из-за стола.
- А пироги-то?! - воскликнула Мария.
- Это обязательно, - кивнул Рустам Алмазович, тепло улыбнулся и взял свёрток с пирогами.