Я хочу рассказать о том, как мы с Чернышом поначалу поступали не очень хорошо по отношению к хозяевам. Дело в том, что нам деда поставил лоток, точнее старую сковородку, она такая объемная и удобная. Туда насыпали земли, которую взяли в погребе.
Мы с братиком наловчились ходить за батареи. Сначала никто не замечал этого и думали, что мы ходим в подпол, в дыру. Нас туда спускал деда, а потом мы с трудом выбирались оттуда. Роста не хватало у нас, поэтому там подложен был кирпич. В первый раз меня оттуда вытащила за шкирку мамочка. Когда хозяйка узнала, куда мы ходим, она убрала за нами то, что мы оставили за собой; потом наказала деду, чтобы он строго следил за нами и закрывал нас в подполе. Мы там находились по полчаса. И, в конце концов, они добились своего. Мы привыкли к порядку.
А вот ходить в горшок с цветами нам также нравилось. И ещё оттуда разбрасывали землю на пол. После нас цветы стали погибать. Но мы при посторонних не ходили туда. Дожидались, чтоб никого не было в комнате.
И ещё нам очень нравилось забираться в дедов сапожок или бабы. Они, завидя нас, смеялись и тащили оттуда за хвостик.
Однажды баба решила дома помыть голову. Когда тазик освободился, я забралась туда и сидела. А они, увидев меня, вдруг оба заговорили:
— Смотри-ка, как та Белоснежка решила искупаться.
Ой, самое главное чуть не забыла. Зимой рано утром пришли мужики какие-то и стали что-то делать с трубами. И короче, мы поняли, что печка больше не топится. Подключили газовое отопление.
До этого мы с Чернышом любили наблюдать за огнём, когда печка топилась дровами. Такой жар шёл от печки, мы с удовольствием располагались возле печки и грелись. Хотя в доме всегда было тепло.
И очень хотелось потрогать лапами этот красный огонь. Но баба говорила нам, что можно ошпарить лапы, поэтому отгоняла нас от печки.
Но зато, какое чудо ожидало нас после всего этого. Мы наловчились лазить через дыру внутрь печки. Там пахло никотином (деда окурки бросал туда), и нам нравился этот запах. А ещё там осталось немного золы, и мы пачкали свои лапы. Баба ругала нас, отряхивала золу и старалась не пускать больше туда.
Но когда она нас не замечала, мы с Чернышом все равно умудрялись проникнуть внутрь. Там так классно! Такое ощущение, что ты сидишь в укрытии, и ничто не угрожает тебе. Там темно, но мы не боялись, потому что наши глаза хорошо видят в сумерках и в темноте.
А подальше, если проползти, там можно наткнуться на железное сооружение. По разговору деда и бабы, мы поняли, что это дипломат, или теплообменник в печке.
После того, как я осталась одна, мне неинтересно было одной лазить в печку, поэтому перестала прятаться. Играть не с кем стало.
Я так скучаю по Чернышу. Порой слезы бегут из глаз. Мне обещали, что я буду жить у ребятишек почти, что в соседях от него. Только мне немного страшно от того, узнает меня братик или нет, если доведётся встретиться с ним.
Иногда лежу и думаю:
— Вспоминает обо мне Черныш или нет? Скучает ли, как и я.
Было бы обидно, если он позабыл свою рыжую сестричку.
Зато я каждый день помню о нём. Вспоминаю, как мы вместе играли, гонялись друг за дружкой и катались по полу.
И ещё мне очень нравится, чем занимается баба на кухне. Когда она стряпает, я запрыгиваю на стульчик, и лапой трогаю тесто. Оно такое белое, мягкое, липкое. С лапы потом приходится отдирать.
Оказывается, сырая картошка тоже вкусная. Меня приучила мамочка. Когда деда или баба садились чистить картошку для супа или пирога, или для пюре, мы подбегали с Чернышом и лапой пытались отобрать у них. Но они сами отрезали и очищенную картошку кидали нам прямо на пол.
Но больше всего мне нравится вареное мясо. А вот колбасу мы не очень любим. Она какая-то невкусная. Но сыр полюбила кушать. Он ведь из молока готовится. Молоко каждый день употребляем. Вот поэтому и нравится, думаю.
Внук нашей бабы надумал меня кормить сладостями, мама его поругала за это. Сказала ему:
— Ты не забыл, как наш Барсик заболел после принятия сладкого? И нам пришлось обращаться к ветеринару и лечить. Так что запомни, сыночек! Противопоказана кошкам сладкая пища.
Хотя он нас кормил тортиком, мне плохо не было после этого. А ещё сама баба угостила меня халвой. Правда, чуть-чуть отломила, поэтому всё нормально обошлось. Но мне понравилось так-то.
Только непонятно всё же, почему нам, кошкам, нельзя сладкое есть?
В следующие выходные должны приехать гости к бабе и деду. Красивая тётенька любила меня брать на руки и качала, как ребеночка. А ещё она говорила:
— Домой приезжаем, и беру на руки своего Барсика, кажется таким тяжёлым он после легонького рыжего котёнка.
А я про себя думаю:
— Конечно же, я лёгонькая, ведь мне всего четыре месяца, а её Барсику сколько – то лет уже.
Когда баба берёт меня на руки, она подходит к зеркалу и даёт посмотреть мне на себя. Я любуюсь собой и кажусь сама себе такой красавицей, каких не найти на всём белом свете.
Сегодня баба вернулась с работы расстроенная и даже слезы блестели в глазах.
Я подбежала, как обычно к ней, встречая, а только она не обратила на меня внимания и сразу прошла в свою комнату. Думаю, ей не хотелось показывать деду свое расстройство. Он даже задал вопрос ей:
— Чего не садишься обедать, сыта, что ли?
На что баба ответила:
— Немного погодя сяду кушать.
Когда она успокоилась и пришла в себя, начала разговаривать с дедом.
А причина её расстройства заключалась в том( я подслушала их разговор), что сегодня обещалась прийти та девочка за мной. Баба в сенях уже и сумку приготовила, в которой меня унести должны новые хозяева.
Когда уже прошло два часа с момента прихода бабы с работы, она понемногу успокоилась и сказала деду:
— Скорее всего, уже не придут забирать, потому что девочка хотела сразу прийти. Просто она боится, думаю, что увидят одноклассники и скажут:
—Ага, сама по справке дома сидит, а тут разгуливает по улице.
Вот счастье – то какое! Тогда я ещё пару дней поживу здесь.
Если вдруг завтра меня не заберут, может, ещё кое-что успею рассказать. Поэтому не прощаюсь, а скажу всем:
— До свидания!
НАЧАЛО МОЖНО ПРОЧИТАТЬ ЗДЕСЬ: