Горела стерня на ближнем поле. Поджег ли кто, спичку ли бросил неосмотрительно – неизвестно. А рядом – цветущее поле ярового рапса, за которым казачья пасека. Да и хуторяне частным порядком ставят рядышком свои пасеки на колесах. Шутят: на пленэре наши пчелки. Виды там великолепные на все четыре стороны света. Садись - и пиши! Художники с этюдниками и правда наведываются.
Сейчас же со стороны хутора люди бежали с лопатами, хлопушками, садовыми опрыскивателями, грубым тряпьем под мышками. Горящую траву хорошо тушить, хлопая по ней кусками тонкой резины или плотной ткани. Джинсы, кстати, хороши. За штанины держишь, остальным хлопаешь. Отсекают огонь вскопанными полосами.
Ветел дул западный. В сторону хутора значит. Потому в Круглом дым уже чувствовался, а на самой пасеке нет. Лето выдалось жарким. По сухой траве огонь легко мог подобраться к хутору.
Прибежавших женщин казаки заворачивали обратно. Без вас справимся! За пацанами смотрите, чтобы сюда не мчались.
Всю хуторскую детвору загнали по домам. Закрыли окна и двери. Едкий дым проникал везде.
Оксана тревожилась - Николай не вернулся из города. А пора бы уже! И ехать им как раз через пожар… С водителем он, на грузовом «пирожке». Не утерпела, сходила в пошивочный цех. Не был… Сердце ныло, чуяло беду.
Но обошлось. Оказывается, к их машине приладили что-то в виде бревна. И она укатывала там, где уже удалось сбить огонь. Чтобы не воспламенялось снова. Водитель бранился что есть мочи:
-Как можно бросить поле, не обработав после уборки! Урожай сняли – и руки умыли! Хозяева!
Это поле, клином врезавшееся в земли их района, было чужим. Соседям принадлежало. И столько лет служило камнем преткновения! Но пересматривать, выравнивать границы соседи не желали. Еще бы! Не суглинок, а, считай, чистый чернозем. Диво дивное в этих местах!
Теперь же, прямо после тушения пожара, составили акт. Вызванный из райцентра агроном засвидетельствовал: лущения стерни не проводилось. Дело передали в суд. Николай подписывал бумаги в числе свидетелей.
...Муж зашел в летнюю кухню, и Оксана ахнула, побледнела. Николай с шахтерской смены вернулся… Что это с ней? Этого не может быть!… А ведь она еще и «химию» не принимала, после которой, говорят, всякое бывает.
Белки глаз выделяются на черном лице мужа… Смотрит на нее по-молодому. Так смотрел, когда поженились только.
Николай шагнул к испуганной жене. За ней, на стене – зеркало. Увидел себя. Рассмеялся.
-Надо же, успел перепачкаться сажей! Грязными руками, видать, елозил по лицу. От дыма глаза чесались и нос тоже.
Оксана припала к груди мужа.
-Так долго тебя не было, Коля… Изволновалась вся…
Николай бережно и нежно обнял плачущую жену. Ради такой минуты он снова готов носиться в машине по горящему полю! Был вроде штурмана у водителя. Подсказывал в дыму: левее, правее, сдай назад…
Вечером Николай, наконец, переселился в дом. Занял положенное место на широкой супружеской кровати. До сей поры он так и жил за занавеской в летней кухне. Хватит ожидать Оксану долгими бессонными ночами. Не часто она его баловала. А он хочет слышать ее дыхание рядом с собой всегда. Тем более, что не ясно, сколько для них продлится это «всегда». Ей еще ехать на «химию». И что будет после?
А в доме Красновых все сидели за самоваром. Костя и Игорь –после бани. Прямо со звонницы помчались они на пожар. Сын не отставал от отца. Вернее сказать, отец бежал вровень с сыном-подростком. А по росту Игорек уже обогнал его. За это лето особенно вытянулся.
С собой прихватили первое попавшееся – старенькие половики сдернули с церковных лавок вдоль стен. Ох, и попадет им от старушенций! Но зато сбивать ими огонь было здорово! Р-р-раз – и готово! Еще раз – и скорчилось пламя! И ногами остатки притоптать, чтоб даже не искрило.
Только по дороге домой, глядя на свои черные, бывшие белые, кроссовки, Игорь забеспокоился.
-Пап, а что мама скажет? Кроссовки-то новые. Были…
- Да обрадуется мама! Муж и сын невредимыми с пожара вернулись! – ободрил его Костя.
-Пап, а у нас братик или сестричка будут, да? – сын смущенно смотрел на отца.
-Надеюсь, что братик,- улыбнулся тот.- Только маме не говори. Она о девочке мечтает.
-Пап, а почему вы нам с Варькой не сказали? Ну, ладно, она маленькая еще. Но мне-то можно. Я взрослый.
-То-то и оно! - вздохнул Костя.- Стесняется, мама. Понимаешь?
-Не-а,- признался сын.
-Ты, вот что, Игорек, виду не подавай, что знаешь,- попросил отец.- Подожди, пока мама сама расскажет.
-Угу.
Зина сразу же отправила своих чумазых мужчин в баню. Истопила уже. Почему-то она даже особо не волновалась. Повторяла вслух: «Игорек с отцом. Рядом с Костей с сыном ничего не случится!». Нельзя ей волноваться. Нежная девочка у нее внутри.
Продолжение
- Спасибо за активное чтение канала - ваши лайки и комментарии! Оформив подписку, вы не пропустите новые публикации.