7 июня 1943 года – крупнейшая в истории воздушная битва – в небе над Кубанью – завершилась военной победой советской авиации. В ней участвовали более чем 2000 самолётов с обеих сторон, и большинство из них было потеряно. Но главным результатом для советских ВВС было завоевание господства в воздухе – впервые после 22 июня 1941 года, когда почти вся советская авиация была уничтожена на своих аэродромах. Как мы увидим далее, именно господство в воздухе будет ключевым фактором победы в Курской битве.
Воздушная битва над Кубанью состояла из трёх крупных сражений и проходила с апреля по июнь 1943 года, пока на других участках фронта сохранялось что-то вроде «перемирия» (говоря современными терминами). Над низовьями реки Кубань, Таманским полуостровом и северо-восточным побережьем Черного моря ожесточённые воздушные бои длились непрерывно многие часы с широким наращиванием сил с обеих сторон, в отдельные дни проводилось до 50 групповых воздушных боёв с участием 50-100 самолётов с каждой стороны одновременно.
С советской стороны участвовала 4-я воздушная армия, авиация Черноморского Флота и Дальняя Авиация, под общим руководством Главнокомандующего ВВС СССР – маршала авиации Новикова. С немецкой стороны – временно переброшенный из Харькова 4-й воздушный флот фельдмаршала фон Рихтгофена.
Действия авиации были тесно увязаны с ходом наземных войсковых операций, так как основной задачей была поддержка сухопутных войск. Ранее, к февралю 1943 года, противник создал мощную оборону на Кубанском плацдарме – из остатков воинских частей, отступивших с Кавказа, от Дона и Сталинграда (около 400 тыс.чел.), с использованием выгодной местности — плавней рек Кубань, Адагум и Вторая. Особенно сильно был укреплен участок фронта, проходивший по местности от побережья Чёрного моря в районе Новороссийска до станицы Крымская. Почти все высоты и населённые пункты превращались в опорные пункты и узлы сопротивления, наиболее мощным из которых являлась станица Крымская.
Снабжение этого плацдарма осуществлялось немцами из Крыма через Керченский пролив. Морские перевозки выполнялись силами быстроходных десантных барж, паромов и десантных катеров. Также был организован «воздушный мост» при помощи военно-транспортной авиации. Помимо этого, через Керченский пролив была построена подвесная канатная дорога (для грузов), и начато строительство железнодорожного моста и нефтепровода.
Воздушная битва началась с того, что советский Верховный Главнокомандующий поставил задачу ликвидировать Таманский плацдарм противника до начала Курской битвы. Главный удар здесь наносился советскими наземными войсками в районе станицы Крымская, где был сосредоточен узел коммуникаций на Кубани: через неё проходили основные железнодорожные и грунтовые магистрали на Новороссийск, Анапу, Тамань и Темрюк. Но действия наземных войск в первой половине апреля успеха не имели.
Аналогичную задачу поставил немецкий Верховный Главнокомандующий: удерживать Таманский плацдарм до изменения общей обстановки на фронте в пользу Германии. Основные силы ВВС Германии базировались на стационарных аэродромах Крыма и Анапы. Также на Тамани базировались по одной истребительной эскадрилье ВВС Румынии, Хорватии, Словакии. Помимо того, с аэродромов Донбасса и юга Украины действовали немецкие бомбардировочные эскадры, совершавшие налёты на Кубань, на пределе своего радиуса действия. Главный штаб немецкого 4-го воздушного флота находился в Днепропетровске, а штабы трёх его авиакорпусов – в Симферополе, Донецке и Полтаве.
Воздушные бои начались с 15 апреля, когда немецким ВВС удалось сорвать запланированное наступление советских наземных войск.
Первое (в серии из трёх) крупное воздушное сражение произошло в период с 17 по 24 апреля в ходе боёв в районе Мысхако, где немецкие войска пытались уничтожить группу десантников советской морской пехоты. Десантникам удалось остановить натиск противника: его продвижение за двое суток сражения составило всего 1 километр, а затем полностью прекратилось. Однако в воздухе характер боя оказался иным: советская воздушная разведка вовремя не установила сосредоточение немецкой авиации и направление её главного удара. В то время, как с воздуха немецкое наступление поддерживали около 450 бомбардировщиков и 200 истребителей, в этом районе советское командование смогло им противопоставить не более 300 самолётов. Основные советские аэродромы базирования находились слишком далеко: западнее и северо-восточнее Краснодара, в 150—200 километрах от района сражения, а немецкие – всего в 40—50 километрах от Новороссийска. К тому же, на маршруте следования находились отроги Главного Кавказского хребта, при высокой облачности перелёты через него были невозможны. Но, оперативно создав транзитный аэродром в Геленджике и постепенно наращивая численность своей авиационной группировки в районе сражения, советские ВВС сковали наступление противника, заставив его авиацию снизить свою активность, а потом и перейти на полёты только в ночное время.
К 23 апреля, прибытие в район сражения большого количества новых советских самолётов, позволило окончательно изменить общее соотношение сил по авиации в районе Мысхако в пользу советских ВВС. Авиация противника, понеся большие потери, вынуждена была уйти с поля боя. Господство в воздухе перешло к советской стороне. Этим определилась и дальнейшая наземная обстановка. После 23 апреля немецкие сухопутные войска вынуждены были прекратить наступление на позиции советской морской пехоты, и отойти в исходное положение, а их авиация перешла к оборонительным действиям. Этот советский плацдарм на Мысхако, под названием «Малая Земля», широко известен благодаря воевавшему здесь Брежневу Леониду Ильичу.
Первое воздушное сражение показало, что, несмотря на общее превосходство в силах, советская авиация не владела инициативой в воздухе. Наличие четырёх командных структур лишало возможности быстрого манёвра силами и средствами, препятствовало переброске самолётов на «чужие» аэродромы, мешало взаимодействию, ослабляло мощь находящихся в воздухе группировок. Поэтому было принято решение объединить две воздушные армии в одну: все части 5-й воздушной армии были переданы в состав 4-й воздушной армии, а штаб 5-й воздушной армии убыл в резерв.
Второй проблемой оказалось грамотное расположение немецких аэродромов на ключевых направлениях возможных боёв. Поэтому срочно была начата бомбардировка по основным прифронтовым немецким аэродромам силами 30—40 бомбардировщиков каждую ночь. Авиацией Дальнего действия были нанесены массированные удары по крымским аэродромам Саки и Сарабуз. В результате, со многих аэродромов немецкая авиация была оттянута в глубину.
Для решения третьей проблемы — скорейшего освоения молодыми лётчиками тактических приёмов и методов воздушного боя, советское командование организовало широкий комплекс мер: непрерывное обобщение опыта боев, принятие новых тактических рекомендаций и их немедленная рассылка в части, популяризация опыта лучших авиационных частей, проведение лётных конференций и показных занятий лучшими лётчиками. Лётчики постоянно нацеливались на введение эшелонированного боевого порядка, преобладание действий на больших высотах, действия парами, максимальное использование в воздушных боях вертикального манёвра. К слову, знаменитый советский ас-рекордсмен Покрышкин (изобретатель «кубанской этажерки» и других тактических схем боевого построения авиации) в этой битве командовал полком истребителей, и за неё получил звание Героя Советского Союза.
Второе крупное воздушное сражение развернулось с 28 апреля в районе станицы Крымская, и продолжалось с небольшими перерывами вплоть до 10 мая. Немецкое командование попыталось действиями авиации сорвать советское наземное наступление в районе Крымской, запланированное на 29 апреля, в ответ советская авиация ночью провела операцию по подавлению полосы обороны противника, а непосредственно наступлению наземных войск предшествовала 40-минутная авиационная подготовка, которая переросла затем в авиационную поддержку. В течение трёх часов над полем боя действовало 144 советских бомбардировщика, 82 штурмовика и 265 истребителей, в 50 воздушных боях они уничтожили 74 самолёта противника, зенитным огнём сбито ещё 7 самолётов. Инициатива в воздухе перешла в руки советской авиации. С 1 по 10 мая советская авиация непрерывно наращивала удары по укреплениям и скоплениям пехоты противника. Результат не замедлил сказаться: в течение 3 мая и в ночь на 4 мая наземные войска полностью освободили станицу Крымская, к 6 мая с упорными боями продвинулись на глубину до 10 километров.
Тактика советской авиации в этом сражении носила ярко выраженный наступательный характер. Над полем боя обычно первыми появлялись 3-4 пары истребителей для выяснения воздушной обстановки и передачи информации о ней на главную радиостанцию наведения, за ними через 10—15 минут подходили более крупные группы истребителей, которые отгоняли патрулирующие немецкие истребители или связывали их боем. Только затем над целью появлялись группы бомбардировщиков и штурмовиков в сопровождении истребителей, которые атаковывали цель с нескольких заходов. Такое взаимодействие резко снижало потери от истребителей противника даже при значительной насыщенности ими района боевых действий.
Бомбардировщики противника, пытавшиеся нанести удары по советским войскам, встречали активное противодействие советских истребителей и вынуждены были сбрасывать бомбы с высот не ниже 3000—5000 метров, как правило, с одного захода и в большинстве случаев неприцельно. На сравнительно узком участке фронта (25-30 километров) в день происходило до 40 воздушных боев, в ходе которых с обеих сторон одновременно участвовало 50-80 самолётов.
После окончания боёв за Крымскую было решено окончательно централизовать управление советскими ВВС. Штаб ВВС Северо-Кавказского фронта был упразднён, а его командующий генерал Вершинин вступил в командование 4-й воздушной армией. Ранее командовавший этой армией генерал Науменко убыл на другой фронт.
И последний, третий этап, начался с 26 мая, когда наступлением на станицы Киевская и Молдаванская советские наземные войска начали бои по прорыву обороны противника. Перед этим штурмовики поставили дымовую завесу на участке прорыва. Авиационная подготовка носила характер массированного удара, в котором участвовало 338 самолётов, в том числе 84 бомбардировщика, 104 штурмовика и 150 истребителей. За первые шесть часов боя советские наземные войска продвинулись на участке прорыва на глубину 3—5 км, захватив первую и вторую позиции противника.
Для ликвидации угрозы завершения прорыва своей главной полосы обороны немецкое командование бросило в бой всю свою авиацию: во второй половине дня 26 мая противник нанёс по советским войскам массированный удар всеми бомбардировщиками с аэродромов Крыма и юга Украины (до 600 самолётов). Советская зенитная артиллерия и истребители не смогли отразить этот массированный удар. Немецким лётчикам удалось временно захватить инициативу в воздухе, и это тяжело сказалось на положении советских сухопутных войск. К такому повороту событий советское командование оказалось не готовым. Частым явлением стало связывание советских самолётов боем истребителями противника, что делало возможным прорыв к целям его бомбардировщиков. На земле наступавшие войска несли большие потери от действий авиации, что тут же сказалось на темпах наступления. В воздухе и на земле для советских войск создалась сложная обстановка. Наступление и особенно манёвр советских войск на поле боя в дневное время затруднялись из-за непрерывных атак авиации противника большими группами по 50-100 самолётов.
В этих условиях Вершинин и Новиков жестко потребовали от истребительной авиации уничтожать немецкие бомбардировщики до их подхода их к линии фронта. Сопровождение своих бомбардировщиков было сведено к минимуму, высвободившиеся машины переориентировались на патрулирование группами на путях подхода авиации противника, впервые создавались группы «свободных охотников». Экипажи бомбардировщиков и штурмовиков ориентировались на максимальное участие в бою с истребителями противника. Чтобы ослабить активность авиации противника, вновь были усилены ночные удары по аэродромам. За период с 25 мая по 7 июня по немецким аэродромам было нанесено 845 боевых вылетов. Всего в этом сражении советские лётчики совершили 10250 самолёто-вылетов, в 364 воздушных боях уничтожили 315 самолётов.
Непрерывные воздушные сражения продолжались вплоть до 7 июня, и уже в начале июня 1943 года советская авиация вновь вернула себе инициативу в воздухе. Накал воздушных сражений стал затихать. Обе стороны стали постепенно сокращать свои авиационные группировки на Кубани и перебрасывать авиацию к местам будущих главных сражений на центральном участке фронта – в район так называемой Курской Дуги. Задача уничтожения немецкого плацдарма на Кубани была отложена до осени…
В наши дни 4-я воздушная армия РФ базируется в Ростове-на-Дону, перекрывая южное направление.
Интерактивная карта боевых действий доступна по ссылке.