У всех авторов есть любимые деревья. они появляются в текстах словно прорастают из семечек, спящих до поры до времени в памяти. Что-то из детства, юности, образов, которые засели так крепко, что сформировали идеальное представление об идеальном древе. Древе жизни. Древе воскрешающем. Эти обрывки памяти возрождают душу, кажутся нереальными снами из вполне реального райского сада. Какими же тропинками мы возвращаемся к этому саду, находим тайный, но безошибочный путь? Великий русский лингвист В.Н. Топоров развивал интереснейшую концепцию Мирового Древа. Он писал, что образ Древа засвидетельствован практически во всех культурах мирах, повсеместно. Он назывался по-разному — «древо жизни», «древо плодородия», «древо центра», «древо восхождения», «небесное древо», «шаманское древо», «мистическое древо», «древо познания» и т. п.; более редкие варианты: «древо смерти», «древо зла», «древо подземного царства (нижнего мира)», «древо нисхождения». Древо жизни мыслилось, как центральная ось мир