Многие читали повесть советского писателя Анатолия Рыбакова «Кортик», или, хотя бы смотрели одну их экранизаций увлекательного сюжета. И пусть многие из написанного – фантазия автора, именно эта книга побудила многих мальчишек к исследованию истории холодного оружия и тайн русского флота. Правда, описанного в книге кортика в природе никогда не существовало. Зато в оружейной коллекции Центрального военно-морского музея России хранится экземпляр флотского кортика, история которого могла бы вдохновить современного литератора на создании новой повести – «Кортик адмиральши».
НАСЛЕДСТВО из АНГЛИИ.
В 1979 году в Ленинград из Великобритании поступил необыкновенный подарок. Специалистам военно-морского музея графиня де Гогуэл (урожденная Кроун) передала в дар старинный морской кортик. Английская аристократка сообщила, что выполнила родовую клятву – вернула в Россию оружие, некогда заслуженное ее предками под Андреевским флагом флота во флоте императрицы Екатерины II-й. Шестигранный кортик внешне был совершенно обыкновенный – длина 220 мм. Ширина 19 мм. Без каких-либо украшений, позолоты и тем более зашифрованных текстов. Лишь на клинке было выгравировано «OLONEZ» и поставлена дата – 1711. Единственное, что удивляло, это то, что кортик, изготовленный на одном из олонецких оружейных заводов во времена Петра 1-го, украшал вензель императора Александра II-го, царствовавшего спустя полтора века после изготовления оружия.
Выяснилось, что один из предков графини де Гогуэл – уроженец Шотландии Роберт Кроун, разочарованный перспективами служебной карьеры в королевском флоте Великобритании, в 1788 году предложил свою шпагу и знание военно-морского дела российской императрице. Сэра Кроуна произвели в чин лейтенанта российского флота и назначили командиром 16-пушечного брига «Меркурий», купленного у судостроителей Англии для нужд Балтийского флота. 18 февраля 1788 года над новеньким кораблем подняли Андреевский флаг. А в мае 1789 года экипаж самого быстроходного корабля Балтфлота и его командир…вошли в историю русского флота.
БАЛТИЙСКИЙ «МЕРКУРИЙ».
Историки флота помнят, что первым памятником в Севастополе, установленным в честь боевого мужества моряков-черноморцев является памятник бригу «Меркурий». В мае 1829 года бриг, под командой капитан-лейтенанта Александра Казарского, не спустил флага перед двумя линейными кораблями турецкого флота и вышел из боя победителем. Память о том бое, помимо каменного памятника, увековечена живописными полотнами и литературными произведениями. Но не каждый историк флота скажет, что черноморский бриг «Меркурий» капитан-лейтенанта Александра Казарского, отстроен и так назван в честь балтийского «Меркурия». Корабля-героя русско-шведской войны на Балтике, отличившегося под командой лейтенанта Роберта Кроуна (принявшего в России имя Романа Васильевича). В отличие от своего потомка Х1Х века, «Меркурий» XVIII-го века помимо парусов имел еще и весла. 21 мая 1789 года в части Балтийского моря у Христиан-фьорда в воздухе царствовал полный штиль. Редчайший случай в этой акватории Балтики. Паруса кораблей обвисли, будто юбка на платье фрейлины. В подзорную трубу лейтенант Кроун увидел шведский фрегат «Венус», у которого паруса так же обвисли, как мокрая тряпка. Но у шведов не было весел! Надо отметить, что лейтенант Кроун дело морское знал крепко. По его инициативе «Меркурий» перевооружили: вместо 16 пушек 18-фунтовых, на палубы установили 22 24-фунтовых пушки. А экипаж был вышколен благодаря ожесточенным тренировкам. Правда, шведский корабль превосходил по вооружению русский вдвое, но Кроуна это не смутило.
Подойдя со стороны кормы к почти неподвижному противнику «Меркурий» открыл артиллерийский огонь по парусному вооружению шведского фрегата. Через несколько метких залпов на нем были сбиты все реи и паруса. Русский бриг крутился как юла, поворачиваясь то одним бортом, то другим выпуская один залп за другим. Шведы могли отвечать только парой кормовых пушек. После двухчасового боя от мачт, рей и парусов на шведском фрегате остались лишь клочья и щепки. Он утратил способность передвигаться, даже если бы вернулся ветер. А потом с брига «Меркурий» дали продольный залп вдоль верней палубы шведов, на которой ядра и картечь смели все на пути. Шведский корабль спустил флаг, сдавшись на милость победителя! 44-х пушечный корабль с 300 моряками на борту, был взят в плен экипажем брига из 86 моряков с 22 орудиями на борту. Кронштадт, Петербург, Стокгольм были потрясены.
ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА -- КОРАБЕЛЬНЫЙ ВРАЧ.
Екатерина II-я прочитав Рапорт президента Адмиралтейств-коллегии об итогах того морского боя была восхищена! Она произвела лейтенанта Кроуна в чин капитана 2 ранга, назначив командиром фрегата, который он и пленил. И лихой моряк был награжден орденом Святого Георгия 4-го класса. Но завистники вечны, как и герои и скоро до ушей царицы донесли о злейшем нарушении Кроуном Морского Устава: на бриге «Меркурий» во время боя и похода находилась… женщина! Жена лейтенанта Романа Кроуна – Марфа. Вот и верь после этого в приметы – мол, женщина на корабле – к беде! А между тем Морской Устав в отношении женщин был строг. Статья 36 сего Устава гласила: « Запрещается офицерам и рядовым привозить на корабль женский пол, для беседы их во время ночи. На путях против неприятеля жен не иметь, офицеры под штрафом с вычетом жалованья.» То есть если в бою и походе командир корабля или офицер будет держать в каюте жену, то рискуют остаться без месячного оклада с наказанием по службе. Более того, выяснилось, что ее присутствие на борту в тот день было не случайностью. Марфа Кроун всегда сопровождала мужа в его походах в море.
В корабельных кают-компаниях не стихали разговоры – судили о том, какое наказание получат свежеиспеченный георгиевский кавалер и его супруга – участница боя у Христиан-фьорда?
Императрица с плеча не рубила и дождалась уточнения ситуации. Оказалось, что госпожа Марфа Кроун была первым в истории русского флота корабельным врачом – женщиной. И находилась на борту с мужем не только «для беседы во время ночи». А под огнем шведских пушек она перевязывала раненых моряков, во время плавания следила за состоянием здоровья членов экипажа. И моряки относились к ней с огромным уважением. Царица поступила мудро. Марфа Кроун официально была назначена корабельным врачом фрегата, которым командовал ее муж. И награждена царицей единственным «женским» орденом Российской Империи – орденом Святой Екатерины. Возможно, она была единственной из кавалерш этого ордена, отмеченной за храбрость, проявленную в морском бою. Супруги-герои были пожалованы и морским кортиком, изготовленным еще во времена Петра 1. На флоте сей клинок шутливо, и гордо тогда назвали – «кортиком адмиральши». Хотя Роман Кроун и дослужился до чина полного адмирала флота, но спустя много лет после того, как награду – кортик «присудили его адмиральше».
ЛЕГЕНДЫ «КОРТИКА АДМИРАЛЬШИ».
Служба и любовь «морских супругов» Кроунов – чем не тема для увлекательного романа о XVIII–м столетии? И она еще ждет своего «Валентина Пикуля». Но кортик, подобно каждой исторической реликвии имел и свои тайны. Потомки легендарной четы служили России и во времена царствования императора Александра II-го… Возможно в те годы на оружие, и был нанесен вензель «Царя-Освободителя». Сей сюжет из истории рода Кроунов так и останется вечной загадкой…
Сам адмирал флота Роман Кроун скончался 21 апреля 1844 года на 88-году жизни в Петербурге и похоронен на лютеранском Смоленском кладбище. За свою службу пленив более 30 вражеских кораблей. Наградной кортик хранился у его потомков до 1919 года. А когда потомственные дворяне-«белогвардейцы» Кроуны бежали из революционной России на родину предков в Англию, – возможно, прихватили с собой семейную реликвию. Еще один загадочный сюжет из истории кортика -- из эпохи гражданской войны.
60 лет кортик, изготовленный русскими мастерами-оружейниками и врученный женщине -- корабельному врачу, за храбрость, проявленную в морском бою хранился в Англии. Остались ли ветераны Центрального военно-морского музея, сейчас готовые вспомнить – говорила ли что-либо английская графиня при передаче кортика в Ленинград в 1979 году? Может быть, были переданы вместе с клинком и какие-то бумаги из эмигрантского архива Кроунов? Сейчас можно только гадать. И ждать, когда история музейного экспоната вдохновит талантливого кинорежиссера или писателя на новый шедевр.
Орден святой Великомученницы Екатерины был учрежден Петром 1 для награждения дворянок России в 1711 году. Его первым кавалером была Екатерина 1-я. До 1917 года им были отмечены 743 дамы. Из них 310- 1 степени.
Александр Смирнов