— Да, матушка, подложила ты мне свинью, ничего не скажешь, — возмущённый Ахиллес расхаживал по пастаде приволакивая правую ногу, из пятки которой предательски торчала стрела. — А я тебе говорила — если пьёшь перед битвой, так хоть закусывай, — спокойно возразила Афина не отвлекаясь от созерцания великолепной ярко-алой канны, — не будешь спотыкаться в самый неподходящий момент. — Ты мне ещё говорила, что алкоголь это отличное противоядие! — великий воин остановился перед богиней уперев руки в боки, — и где, скажи на милость, его хвалёная эффективность? — Ну полно тебе, мальчик мой, — оторвавшись наконец от созерцания цветка, женщина с любовью посмотрела на своего отпрыска, — зато теперь ты всегда будешь со мной. Подойдя ближе, она нежно потрепала Ахиллеса за ушко, потом, неожиданно наклонившись, так ловко выдернула стрелу из раны, что воин даже не пикнул, а лишь пробурчал недовольно: — Знаешь, матушка, мужчине ещё кое-что нужно... — Знаю, знаю, мой дорогой, — улыбнулась Афина беря его п