Каждый день, на протяжении всей Отечественной войны, с германских аэродромов, разбросанных по всем фронтам, поднимались в небо охотники. Крались за облаками, высматривая подбитые или отставшие от строя советские машины. И сбивали их. Много. Жестоко. Бывало, налетали и на группы, ловя в прицелы неопытных новичков. И никогда не вступали в плотную схватку, чтобы исключить даже теоретический риск быть сбитыми самим. Противопоставить такой тактике было нечего, особенно если учесть, что по скорости "мессеры" и "фоккеры" превосходили наши истребители почти всю войну. Работала железная аксиома, если немец не хочет чтобы ты его догнал, ты его не догонишь. Поэтому приходилось что-то изобретать.
Над этой проблемой задумался один из лучших истребителей Балтийского флота старший лейтенант Голубев. Уж очень нравилось ему сбивать самолеты противника. А возможность такая случалась редко. Хотя на его счету к тому моменту было уже 10 немецких и финских истребителей, что не так уж и мало.
Решение было найдено простое и элегантное. Раз немцы предпочитают охотится на подранков, то нужно притвориться подранком. Возвращаясь из каждого боевого вылета, Голубев отставал от группы и имитировал поведение раненого летчика. Резко дергал ручками управления, закладывал крены и всё такое. И однажды этот прием сработал. 12 марта 1942 года в районе южного берега Ладоги старлей заметил два "мессершмитта", крадущихся на низкой высоте.
Немцы не торопились атаковать отставший И-16, видимо желая разведать площадку, с которой работают наши. И уже над аэродромом образцово-показательно сбить раззяву. Совместить, так сказать, войну физическую с психологической.
Когда первые наши машины начали заходить на посадку, мессеры дали форсаж и стали стремительно сближаться с отставшим "ишачком". И если бы в кабине советского истребителя сидел очередной неопытный пилот, все закончилось бы еще одним дымящим костром. Но пилот был опытный. Точно рассчитав дистанцию и скорость Василий Голубев развернулся в сторону атакующей пары. Ведущему немцу ничего не оставалось, кроме самоубийственной лобовой атаки снизу вверх. И русский летчик хладнокровно с короткой дистанции расстрелял из пулеметов кабину "мессершмитта". И машина Гюнтера Бартлинга (67 побед) рухнула на землю.
В это время ведомый немец быстро поняв чем дело запахло, на полном газу бросился удирать, набирая высоту. Довернув на него и взяв упреждение, Голубев запустил вдогонку реактивные снаряды РС-82. В принципе, стрелять неуправляемыми ракетами по истребителю дело безнадёжное, но тут удача была на нашей стороне. Осколками эрэсов заклинило рули высоты в положении "на подъем" и немецкий самолет принялся выписывать мертвые петли одну за другой. Пока не задел за сосны, и фюзеляж Bf-109 с оторванными плоскостями проволокло по земле. Закладывая виражи над районом боя, Василий Голубев видел, как из кокпита разбитой машины выбрался немец и попытался скрыться. Но из за полученных ран далеко убежать не смог. Мужики из батальона аэродромного обслуживания нашли остывшее тело германского лейтенанта. По документам удалось установить, что в этот день закончилась карьера Герберта Лейште. Его личный счет остановился на 29 победах.
Обоих пилотов в Jagdgeschwader 54 записали пропавшими без вести.
А Василий Голубев продолжил боевую работу в составе своего 4 Гвардейского истребительного авиаполка. Воевал умело, с выдумкой и записал на свой счет еще нескольких именитых гитлеровских асов. Но это уже совсем другая история.
Автор - Александр Удальцов