Помню первый удар судьбы. Мне шесть лет. Отец уходит от нас к другой женщине. Её звали Люда. Она моложе мамы. Мой отец был её первым мужчиной. Папа ушёл, оставив меня, Антона и маму не задумываясь. Головой думать не мог. Были задействованы другие органы чувств, тоже нужные для жизни, для продолжения рода человеческого. Двоих родил с Людмилой за два года.
Помню, как мама разрешила Антону взять меня с собой в школу в город Павлоград. Там, за сорок с лишним километров, была наша школа. Нас возил туда школьный вагон с проводницей. За порядком следили проводники. Из вагона брат отвёл меня в дом к Люде, и оставил до времени, пока не закончатся уроки в школе. #воспитание
Антон отпросился пораньше с физкультуры, чтобы меня забрать у отца, и мы бежали на платформу под проливным дождём, будто смывая с себя грязь человеческого греха родного отца.
Все дети уже находились в школьном вагоне. Проводница Вера Павловна явно волновалась и вздохнула с облегчением, когда мы впрыгнули в тамбур. Из этой поездки я вынес свой первый горький урок: любовь - не всегда хорошо. Тогда я не отличал любовь от похоти. Я запомнил, как отец смотрел на Люду. Я и сейчас помню этот взгляд. Он хотел её. Это ни с чем перепутать нельзя.
Мне было пять лет, но я это понимал на уровне инстинкта, чувствовал эту бешенную тягу. Он старался не дотрагиваться до неё. А я чувствовал, как ему это трудно даётся. Это было личным оскорблением мне и моей матери. Помню батя сказал, прибежавшему Антошке: «Вот тебе рубль и скажи мамке, чтоб больше не присылала вас сюда». «А она и не присылала. Это братик сам хотел на тебя посмотреть» - сказал смущённо Антон.
Дома мама спросила, как отец. Я ответил, что он тебя предал и его надо забыть. Я так решил. С первого класса я записывал свои решения в свой личный дневник. Эти общие тетради по сей день со мной. Я периодически зачитываю оттуда выдержки дочери Анне.
Вторая боль пришла, когда уехала Ларочка. (в предыдущей главе я рассказывал об этой девочке смотри статью "С молитвой к Ангелу хранителю, состоящей из двух предложений пишу исповедь свою". Начало повествования в статье "Прости. Прощай") #истории из жизни
Мне уже десять лет. К этому времени я прошёл большую школу выживания. Уже три года проучился в школе-интернате и знал, что такое постоять за себя и «выдержать стенку». «Бей первым!» - учил брат. Я старался не давать себя в обиду, хотя драк не любил.
Я был любознательным малым.. Очень любил читать. Писал стихи тайком в туалете по ночам, усевшись на кафельный пол. Читал книжки под фонариком, забравшись под одеяло. Даже сейчас, помню, что читал «Лесное море». Восхищалась Аей. Тигр для меня был человеком. «Наливайко» Ивана Ли я проглотил за несколько дней. А. Грина «Алые паруса» зачитал до дыр.#родители
Книги я брал дома без разрешения мамы. Она сама очень много читала. И по сей день (ей 84) много читает. И не только чтиво. Мамочка поздно поняла, что Дидро «Монахиня», Кобо Абе «Человек-ящик» и «Женщина в песках», В. Гюго «Человек, который смеётся», Стендаля «Красное и чёрное» и другие произведения я прочитал к пятнадцати годам.
Меня нельзя было смутить фривольностью или откровенным порно. Я не отводил стыдливо взгляд от задницы, сверкнувшей под водой в речке. Похотливых членов в обществе презирал и верил в большое и светлое чувство. Видно, не совсем те книги на полках лежали. Но как я им благодарен! Стыдливым я никогда не был. Смутить меня невозможно.
Знакомство с творчеством Ирвина Шоу («Богач-бедняк», «Нищий вор» и сборник «Бог был здесь, но уже ушёл») сыграли в этом не последнюю роль. В этих книгах люди по жизни опускались вниз, а не шагали вверх. Эмигрант из России, одессит, в Америке не ужился с властями. Переехал в Англию и уже там занял ту нишу, которая сделала его всемирно известным. Я и сейчас временами перечитываю некоторые главы из его повествований. #семья
В моей юности была ещё одна замечательная книга - Бел Кауфман «Вверх по лестнице, идущей вниз». Это роман об учителях и учениках американской школы. Автор - сама учитель, начала повествование словами: «Привет, училка!», а закончила: «Привет, зубрилка!" #рассказы
Меня воспитали эти книги. Отец не воспитывал. Он умыл руки, подлец. Мама не хотела говорить об этом. Мне кажется, что она чувствует и сейчас свою вину за ту ситуацию. Но я отпустил всё в небеса. Во мне нет обид и тревог.
Жизнь продолжается! А вы как думаете? Напишите мне свои мысли. Подписывайтесь на мой канал и не забывайте ставить лайки. Спасибо!