Задолго до того исторического момента, как компанию Meta* признали экстремистской, я провел несколько дней в автономном VR-шлеме Oculus Quest 2. Выводы читайте ниже.
За это время скупил и попробовал почти весь ценный контент в местном аппсторе, провёл несколько часов в VR-играх, посмотрел серию нового корейского сериала про зомби в Netflix VR (интересный экспириенс, кстати — гигантский экран перед лицом). Единственное — не пробовал работать в VR.
VR-шлем Oculus Quest 2 — полностью автономный шлем виртуальной реальности. Он отслеживает не только положение головы, но и положение тела в пространстве. Работает без проводов, без мощного компьютера — все находится внутри него. Это уже второе поколение Quest. Мощнее процессор, больше памяти, более гладкая и плавная картинка.
Контроллеры отслеживают обе руки, движения, пальцы, жесты. Я управлял интерфейсом, двигая руками. Небольшая часть проектов поддерживает отслеживание рук без контроллеров. Есть вау-эффект, но пока сыровато.
Однако, Oculus Quest 2 остается самым популярным VR-шлемом. С ноября прошлого года продано уже более 10 млн штук. VR и AR будут все активнее входили в повседневную жизнь, особенно в последние годы, когда мы жили в условиях пандемии.
Уверен, через одно, максимум два, поколения VR-гарнитур (чётче картинка 4K/8K на каждый глаз, мощнее и энергоэффективнее железо) появятся полноценные метавселенные с упором на реализм. Существующие The Sandbox и Decentraland — больше экосистемы, которые не сообщаются между собой. До сих пор первая проблема всех разработчиков — отсутствие протокола взаимодействия между виртуальными мирами.
Купил я, например, шапочку Prada в одной метавселенной, причем за тот же прайс, что и в реальном магазине, но я не могу надеть ее на встречу с друзьями, которые ждут меня в другой метавселенной. И такая ситуация не только с NFT-одеждой.
Поэтому, если найдутся ребята, которые создадут систему взаимодейтсвия между отдельными вселенными — они реально озолотятся, смогут управлять гигантами-корпорациями VR-мира.
Вторая проблема, которую пока не могут решить разработчики виртуального мира — это доступность для большинства. У каждого должна быть возможность зайти в VR с любого смартфона или десктопа. И чем меньше действий требуется для этого — тем лучше.
Вот тогда и появится метавселенная, в которую войдут все, потому что она будет:
а) доступна,
б) объединит всевозможные игровые механики и экономику.
Виртуальный мир, в котором строишь дом, делаешь что-то, учишься, работаешь, покупаешь и продаешь. Вводишь реальные деньги, обмениваешь на NFT-валюту. Копишь, инвестируешь, тратишь и, если нужно, выводишь деньги в реальный мир. В ней можно делать что угодно, выкрутить на максимум механики (как сейчас экспериментируют в низкобюджетных VR-играх типа Blade & Sorcery, где появилась куча модов, чтобы почувствовать себя магом или поиграть со световым мечом). Тогда будет реальный кайф.
Такую вселенную мы уже видели в фильме «Первому игроку приготовиться». А пока люди тусуются в отдельных виртуальных мирах. При этом только те, кто может себе позволить VR-шлем — стоимость Oculus Quest 2 превышает 60 тысяч рублей. Большинству российских пользователей такой гаджет пока не по карману. А дополнительные проблемы, которые озвучил выше — отдаляют эту доступность еще дальше.
Через месяц, как я оценил достоинства Oculus Quest 2, компанию Meta* признали экстремистской и запретили в России. Будет ли перспектива развития метавселенных и расширение доступности VR-гарнитур — большой вопрос. Особенно, для России.
*организация, признанная экстремистской на территории РФ
** продукт организации, признанной экстремистской на территории РФ