Мир меняется невероятно стремительно. Привычные вещи просто перестают быть: онлайн-галереи, соцсети, выставки в Европе - все накрылось медным тазом. Реакция многих бежать без оглядки в соседние страны. Мы так или иначе зависим от притока финансов извне, от возможности купить то, что нужно для картин и инсталляций, времени делать эти произведения вместо того, чтобы стоять на конвейере или за прилавком. Первая реакция многих на события последних дней: бежать за кордон. Итак, ждут ли нас за границей?
Ряд примеров из истории искусства о том, как художник хотел перебраться в другую страну (или прославиться там), не меняя кардинально своей художественной практики. Данные почерпнуты мной из интернета, а потому не могу претендовать на полноту и достоверность информации. Это те факты, которые авторы тщательно скрывают, общаясь с искусствоведами.
1. Владимир Абих. 2020 год. Художник за свой счет приехал в Вену, развесил по переходам банеры "I'm Artist work with text, visit my web-site...", разослал свое портфолио по всем местным галереям и ... никакой реакции. Эта история взята с тг канала @Подпольный цех Винзавода. Думаю, вряд ли ее расскажут где-то еще.
2. Петр Павленский. Получив политическое убежище во Франции, Павленский решил также как он поджёг двери ФСБ, решил поджечь двери The Bank of France в 2017, за что получил тюремный срок. А французы не оценили столь радикального перформанса. В 2020м году на Павленского завели новое уголовное дело - за распостранение интимных видео участием политика Бенжамена Гриво. Согласно французскому законодательству, за распространение видео сексуального характера без разрешения автора может грозить до двух лет тюрьмы и штраф.
3. Александр Бренер. В 1997 году российский художник акционист из Москвы, нарисовал знак доллара на картине «Белый крест на сером фоне» Казимира Малевича, шедевре, представленном в коллекции русского авангарда в амстердамском музее «Стеделийк». Западное арт-сообщество назвало данную акцию "хулиганством" и не приняло художника в свои ряды, назвав данный жест "совершенно пустым". На самом деле поражает желание российских художников "явить что-то миру", вместо того, чтобы изучать социум, политику, культуру и традиции другой страны некоторое время перед тем как что-то делать самим.
" Весной 1996 года несколько международных художественных журналов опубликовали "Открытое письмо арт-миру", в котором речь шла об эпизоде с участием Бренера на выставке "Интерпол" в Стокгольме, где Бренер уничтожил работу китайского художника Венда Гу — 20-метровый туннель из человеческих волос. В тот же самый момент другой художник, Олег Кулик, выступая в роли злой собаки на цепи, бросался на посетителей выставочного зала. Письмо определяло эти поступки как "выступление против искусства, демократии и свободы" и обвиняло куратора русской части выставки Виктора Мизиано в том, что он называет такое варварство "динамической художественной акцией". Мизиано в своем ответе, опубликованном в журнале Flash Art, предлагает заменить слова "антидемократизм, тоталитаризм и фашизм" на более, по его мнению, подходящие, — "экстремизм и анархизм"."
4. Также советую вспомнить, как не сладко жилось в эмиграции художнице Зинаиде Серебряковой, когда ее неоклассический стиль живописи перестал быть в чести (в моду вошел абстракционизм). Ее картины не покупали. Она писала портреты бесплатно, чтобы ей дали рекомендацию.
Среди моих знакомых знаю не мало случаев, когда люди помотались по 10-15 лет по Америкам и Европам, где они ходили на работу и пытались что-то делать как художники, но все равно вернулись в Россию. Почему так? Российское арт-сообщество менее замкнутое, здесь нет европейского понимания "если у тебя правильное био и curriculum vitae, то тогда то, что ты делаешь можно расценивать как искусство". У нас можно достичь известности за короткий срок, поразив наглостью, масштабом и медийностью своих проектов. В какой-то момент (в конце 1980х, насколько мне известно), можно было выехать на том, что ты носитель школы академической живописи и рисунка, утраченной в Америке и Европе. Но эта тема давно закончена. В настоящее время я не вижу (если Вы знаете, то, напишите, пожалуйста, в комментариях) какими экстра ценными знаниями, умениями и навыками может поделиться российский автор с людьми, живущими в другой стране, какое откровение явить миру, чтобы это было интересно аудитории других стран.
Тем не менее есть случаи, когда художник благополучно вписался в культуру другой стране (Оскар Рабин, Кабаковы, Николай Рерих, Михаил Ларионов и Наталья Гончарова, Василий Кандинский). Но в данном случае у художника был импресарио, галеристы, готовые представить творчество этого автора или же некий проект\заказ, в который его позвали.
Ехать просто так (а мне тут все не нравится, буду искать лучшей доли) - занятие максимально бессмысленное, поскольку художник - это не специальность, чтобы как-то подтвердить свою квалификацию и получать доход. Ценность произведения искусства условна и то, что обладает ценностью здесь вряд ли будет обладать ценностью внутри другой культуры. Сбережения, которые отложены на первое время закончатся, а доходы от арт-деятельности еще не начнутся. И нет гарантии, что будут когда-либо, ведь всем плевать на твою самоидентификацию, все по всему миру делают примерно одно и тоже (плюс-минус), а в стране, куда ты приезжаешь есть свои звезды локальной арт-сцены.
#эмиграция художники #заграница