В России любое нелицеприятное высказывание или действие против царя и его близкого окружения каралось суровым наказанием. Личность монарха считалась священной и любое посягательство на его персону являлось недопустимым преступлением. Будь то неосторожное слово, оскорбительный жест или порочащее действие – все это приводило к аресту, пыткам и тяжкому приговору. Вот яркие примеры таких порядков.
На Руси во время праздников и застолий считалось обязательным поднять чарку за здоровье и благополучие царя. Отступление от этого обычая могло стать основанием для разбирательств. В 1625 году некий Григорий Федоров донес на своего товарища, что тот «про Государево многолетнее здоровье пил недостаточно честно, на землю лив». В следующем году в Тобольске один крестьянин пожаловался на местного воеводу, который пил за здоровье государя вино, разбавленное водой. В 1700 году приказчик Петр Астафьев во время торжественного тоста за здравие Петра I неосторожно высказался: «Я-де за него, Государя, Бога не молю и плюну». В 1730 году солдат Михаил Васильев отказался пить за новоиспеченную императрицу Анну Иоанновну и выругался, что мать ее «грёб». Наказание последовало суровое - пытки и ссылка.
Неточности в употреблении царского титула также могли повлечь серьезные последствия. В 1666 году крестьянин Ивашка Федоров угрожал капитану полка Сергею Папину, что донесет о его ошибке («прописке») в государевом титуле: «… поскорея де здешнего я с тобою в Севске о той прописке розделаюсь». В 1732 году столяр Никифор Муравьев нецензурно выразился о страшной волоките и пригрозил, что пойдет «к Анне Ивановне с челобитной, она рассудит», за что был бит плетьми за использование имени императрицы без титула. Опять же во времена Анны Иоанновны некий дворянин Федор Милашевич произнес при народе, что нет ему дороже имени ея императорского величества Анны. Несмотря на подобострастные мотивы, его арестовали за использование титула с простым именем императрицы без ее отчества.
Указы государя и другие документы, содержащие его имя, требовали к себе почтения и уважения. Распространенные советы использовать указы в качестве туалетной бумаги жестоко пресекались. В свое время казак Артемий Жареный был схвачен за подозрение, что он «письменными явками трет, а в явках-де написано государское имя». Также наказывалось непристойное обращение с официальными документами. В 1732 году одного ямщика пороли палками «за бросанье на землю подорожной с титлом государевым». А боярский сын Федор Усов негоже закладывал царские грамоты за голенище.
Помимо царского имени и титула, под особой защитой находилось изображение монарха и государев герб. Любое надругательство над ними считалось тяжким преступлением. В 1660 году некий Григорий Плещеев прилюдно плюнул на парсуну Ивана Грозного, за что был арестован и пытан. В правление Петра I певчий Андрей Савельев слишком горячо размахивал тростью перед портретом государя и называл его на «ты». В 1719 году подъячий Никифор Постников посмел выстрелить в государев герб на крыше кабака, за что был пойман и доставлен для допроса. Позднее канцелярист Бирюков был допрошен после его угроз «насерить» на монету с императорской персоной. С денежными знаками надлежало относиться с особым вниманием. Так одну помещицу обвинили в том, что убила вошь, севшую на рубль с изображением Елизаветы Петровны.
Такие жесткие правила позволяли сохранить величие и святость российского государя в глазах его подданных. Это укрепляло царскую власть и цементировало общество. Однако, как показывают примеры нарушений, отношение рядового населения отличалось от официальных пожеланий.
Почитать больше о государственных преступниках можно в моей книге «Бунтари и мятежники. Политические дела из истории России». Подробнее о книге здесь: https://vk.com/wall-109975972_11072
Автор - Александр Евдокимов