Авария субмарины /47. Столкновение опасно для субмарин: "Красноармеец" против "Рабочего"

Вспоминаем аварии и происшествия с отечественными подводными лодками. Используем открытые источники, их перечень - в конце статьи. Цель - вспомнить, сделать выводы, может быть это поможет правильно оценивать и современные события. Без обвинений, без "охоты на ведьм" и субъективизма. Рассмотрели этап зарождения подводного плавания в русском флоте, на очереди - этап его становления в РККФ.

Неисправность оборудования часто становилось причиной аварий с подводными лодками, но многое зависело и от тех, кто управлял подводными лодками. Именно в их руках были судьбы и жизни подводников. Следующий случай как раз об этом.

21 мая 1931 года «Красноармеец» (ПЛ № 4, бывшая «Лео­пард», тип «Барс»), командир А. Д. Атавин, и «Рабочий» (ПЛ № 9, бывшая «Ёрш», тип «Ёрш»), под командованием командира дивизио­на Н. А. Царевского, в 8 утра вышли из Лужской губы в мо­ре для отработки совместного плавания в надводном поло­жении.

Для справки: Подводная лодка "Рабочий" ("Ерш") была заложена как "стандартная" подводная лодка типа "Барс", но затем была переоборудована по проекту подводного минного заградителя типа "Ерш"

Подводная лодка № 4, "Красноармеец" после капитального ремонта 1924 г.

К вечеру погода в районе плавания ухудшилась, волне­ние достигло 6 баллов. В это время обе ПЛ находились в районе маяка Эрансгрунд. По приказу Царевского, подводная лодка «Красноармеец» обязана были держаться в кильватер его лодки, не расстоянии двух кабельтовых. Но субмарина вела себя иначе, то опасно приближался к «Рабочему», то наоборот, далеко отставал от него, рыская по курсу и теряясь в волнах из виду. Рулевой «Красноармейца» явно не справлялся с управлением. Именно такой и застал ситуацию, заступивший на вахту в 2 часа ночи 22 мая, штурман «Красноармейца» Тимонов И. В. Он прибыл на лодку всего за два дня до выхода её в море. Это было его первое самостоятельное несение верхней вахты в роли вахтенно­го начальника. Командир подводной лодки Атавин, зная, что у штурмана ещё не достаёт опыта и знаний для такой роли, и что руле­вому тоже требуется постоянная помощь, тем не менее, действий их не контролировал и, покинув мостик, ушёл в свою каюту отдыхать.

В это время «Красноармеец» шёл под одним, левым, дизелем. Второй был неисправен. Желая догнать «Рабоче­го», Тимонов в 2:32 приказал пустить правый электромо­тор. Скорость заметно увеличилась, но догнать его смогли только через полчаса. Сблизившись с «Рабочим», Тимонов в 3:15 отдал команду остановить работу электромотора. Все команды с мостика передавались голосом (как нужно об­ращаться с телеграфом Тимонов не знал, да и телеграф был неисправен). В итоге время было упущено, и когда нако­нец за чередой команд о «среднем» и «малом» ходах прозвучало «стоп дизеля» - «полный назад», было уже поздно. Пытаясь увернуться от приближающейся кормы «Рабочего», Тимонов скомандовал «право на борт». Но тут руле­вой ПЛ краснофлотец Ершов В.В, растерявшись в экстремальной ситуации, по невнимательности положил руль «лево на борт». Исправлять ошибку было уже поздно.

Приблизительно в 3:20, «Красноармеец» двигаясь по инерции, подбрасываемый на волнах, дважды ударил своим правым носовым рулем и форштевнем по прочному корпу­су и кормовым рулям подводной лодки «Рабочий» с левой стороны его кормы. Только после этого, погасив инерцию, «Красноар­меец» начал отходить от борта «Рабочего». Узнав о столкно­вении, командир «Красноармейца» Атавин и комиссар лод­ки Толкачёв поднялись на мостик. По приказу Атавина был произведён осмотр лодки. Никаких существенных повреж­дений и поступления воды обнаружено не было.

Подводный минный заградитель № 9, "Рабочий" на отмели после аварии

С другой субмариной всё обстояло гораздо хуже. «Рабо­чий» заметно оседал кормой. Не приближаясь к протара­ненной им лодке, с «Красноармейца» был сделан запрос клотиком о состоянии минного заградителя. С «Рабочего» несколько раз отвечали флажным семафором, но что имен­но пытались сообщить с повреждённой лодки, из-за боль­шого расстояния в условиях ограниченной ночной види­мости разобрать не удалось. Атавин, находясь на своём ко­рабле в 1,5 кбт от тонущей субмарины, ни­каких мер по оказанию помощи пострадавшей лодке и спасению её личного состава не предпринимал, лишь отдал приказ подать сигнал: «Помочь ничем не могу». Очень странное решение!

В 3:25, через пять минут после столкновения, высоко подняв нос, «Рабочий», с дифферентом на корму около 40°, скрылась в волнах. Никто из 45 человек, находившихся в момент столкновения на борту заградителя, не спасся.

Подводная лодка «Красноармеец» осталась на плаву. Только через час после гибели ПМЗ, в 4:25, командир и ко­миссар приняли решение доложить командованию брига­ды подводных лодок о случившемся. В тексте посланной радиограммы говорилось лишь о том, что подводная лодка «Рабочий» «погрузилась от повреждений». При этом указывалось время 3:50. Причина повреждений не объяснялась. В 13:00 командование бри­гады получило от «Красноармейца» еще одно сообщение:

«Пробыл на месте вероятной гибели ПМЗ № 9 четыре часа. ПМЗ не всплыл, для затишья от шторма иду на Ост от Гогланда. Отыщите эсминцы для осмотра места гибели. Широта 59°49`, долгота 24° 51`. Командир ПЛ № 4».

Эсминцы нашли. Вместе с ними в море вышло коман­дование бригады подводных лодок. Встреча с эсминцами состоялась у ос­трова Гогланд в 18:20. И только теперь, спустя 15 часов после катастрофы минного заградителя, Атавин доложил о столкновении. Лодка получила приказ следовать в Крон­штадт, куда прибыла 24 мая.

Действия командира подводной лодки и его комиссара после после затопления "Рабочего" вызывают много вопросов! Пытались скрыть?

В Кронштадте для осмотра корпуса субмарину постави­ли в док имени Сургина. Учитывая последствия происше­ствия, для осмотра лодки была создана специальная комис­сия, в состав которой входили представитель ОГПУ Брил­лиантов, командир бригады ПЛ МСБМ Самборский, он же её председатель, а так же флагманский инженер-механик бригады Саллус. Было установлено, что в результате стол­кновения ПЛ № 4 «Красногвардеец» получила поврежде­ния форштевня, был согнут баллер правого руля, а в проч­ном корпусе в районах с 13 по 19 шпангоуты, остались за­метные вмятины.

Расследование по факту столкновения лодок и гибели ПМЗ «Рабочий» длилось недолго. С 12 по 16 июня 1931 года в Ленинграде прошли заседания выездной сессии Военной коллегии Верховного суда СССР. Их итогом стал приговор, оглашённый в последний день заседания:

«Выездная сессия Военной коллегии Верховного суда СССР признала виновными: Атавина, Толкачёва и Тимонова - в преступно-халатном отношении к своим служеб­ным обязанностям, а Ершова и Сазонова - в нарушении уставных правил вахтенной службы, вследствие чего произошла гибель ПМЗ № 9 со всем личным составом в ко­личестве 45 человек. Принимая во внимание, что степень социальной опасности Атавина, Толкачёва и Тимонова не требует примене­ния к ним высшей меры социальной защиты, приговори­ла: Атавина, Толкачева и Тимонова подвергнуть лишению свободы сроком на 10 лет каждого, без поражения прав, с направлением для отбывания наказания мер социальной защиты в исправительно-трудовые лагеря; Ершова и Сазо­нова - подвергнуть лишению свободы сроком на два года каждого, без поражения прав».

Если обвинения в адрес большинства осуждённых в це­лом понятны, то в отношении сигнальщика Сазонова они вызывали сомнения. Всё сводилось лишь к тому, что: «После отдачи приказания об остановке ГЭД вахтенный начальник Тимонов, ослабил своё внимание за ходом корабля, а сигнальщик Сазонов, видя быстрое сбли­жение лодок, вопреки уставным правилам службы, не до­ложил Тимонову об этом обстоятельстве». Чем тогда руководствовался штурман, если не сближением ло­док, отдавая команду на остановку ГЭД. По мнению адмирала В.Н.Платонова, служившего в то время в бригаде подводных лодок, главные причины ава­рии заключались в «устарелости» заградителя, ветхости корпуса и оборудования и отсутствии поперечных перебо­рок, а также низком уровне подготовки подводников.

Как пишет Мужеников: Отмечен ещё один заслуживающий внимание факт: «Ко­мандир бригады подводных лодок Самборский и флагманский инженер-механик Саллус, направившие подводную лодку № 4 в море с неисправным машинным телеграфом, и создавшие тем самым предпосыл­ки к катастрофе, сами никакого наказания не понесли».

Можно сделать вывод, что уже в 30-е годы во флоте начала закладывалась порочная «тра­диция», когда начальство "силой власти" своего положения отправляло в плавание неподготовленные к этому корабли, не неся при этом никакой ответственности за последствия. В случае аварии вина целиком возлагалась на личный состав или заводы-строители. Обратите внимание: на "Красноармейце" - дизель неисправен, машинный телеграф не исправен, экипаж обучен плохо.

21 июля 1933 г. подводный минный заградитель, ПЛ № 9, «Рабочий», был поднят спасательным судном «Коммуна». Решение о подъёме этой лодки было принято сразу после ее гибели, т.к. других подводных минных заградителей (ПМЗ) в составе советского флота тогда не было. Поиск заградителя продолжался без малого два летних сезона, из-за того, что командование «Красноармейца» крайне небрежно относилось к ведению вахтенного жур­нала (еще один повод для привлечения командования лодки к ответственности и факт слабой подготовки экипажа).

Это заметно осложнило в дальнейшем поиск зато­нувшей лодки. Не зная точного места гибели лодки, коман­дование Балтийского флота использовало электри­ческие тралы-металлоискатели. Во второй половине 1932 года на одном из этапов поисков при очередном галсе по­искового судна на глубине 84 метра зарегистрировали боль­шую массу металла.

Броненосная лодка "Русалка"

Решив, что это и есть «Девятка» водо­лазы приступили к осмотру объекта. На рекордную по тем временам глубину спустился водолаз А.Д.Разуваев. Ока­залось, что на дне Финского залива водолазы нашли не ис­комую лодку, а броненосец русского флота «Русалка», про­павший без вести 7 сентября 1893 года. Хороший результат поиска, но это была не субмарина.

Через некоторое время была найдена и подводная лодка «Рабочий», которая по случайному стечению обстоятельств находилась всего в нескольких десятках метров от броненосца.

Спасательное судно "Волхов" поднимает подводные лодки

Подъём субмарины производился под руководством на­чальника Балтийской экспедиции ЭПРОНа И.А.Загвоздкина, техническое руководство осуществлял инженер В. Ф. Кюнстлер. Подводная лодка имела небольшое водоиз­мещение и по нагрузкам на гини СПС «Коммуна» извлече­ние её особых трудностей не представляло. Сложность зак­лючалась в необходимости работы водолазов на глубине 84 метра в обычном снаряжении, с подачей воздуха. С этим пришлось столкнуться впервые. Технология подъемных ра­бот была разработана так, чтобы свести водолазный труд до минимума. Поднимали лодку ступенчатым способом в течение 120 дней.

За самоотверженность и умелые действия при подъеме лодки № 9 водолазы А. Д. Разуваев, П. П.Константинов и М. А. Хорошилкин, а также руководитель работ И. А. Загвоздкин были награждены орденом Красной Звезды. Заме­тим - боевым орденом.

При осмотре погибшей ПЛ было установлено, что лодка при столкновении получила две пробоины в кормовой бал­ластной цистерне и прочном корпусе площадью примерно 140 и 160 см2. Обе находилась ниже ватерлинии. При затоп­лении цистерны возник дифферент на корму и вода через пролом в прочном корпусе, беспрепятственно начала быст­ро заливать внутреннее пространство лодки. Заделать про­боину оказалось невозможным, так как она была в трудно­доступном месте, напротив соединительной муфты дизеля и гребного электродвигателя. Её перекрывали расположен­ные по левому борту главные судовая и дифферентовочная магистрали. ПЛ № 9, построенная в 1917 году, как и боль­шинство отечественных лодок того времени, не имела пере­борок. Очевидно, вода, распространяясь по лодке, залила ак­кумуляторные ямы и ПЛ обесточилась, лишившись всех водооткачивающих средств, а отравленный хлором личный со став корабля был не в состоянии эффективно бороться с бы­стрым поступлением воды при сильном дифференте.

Памятник экипажу подводной лодки "Рабочий"

После подъёма, ремонт старой лодки признали нецелесообразным. Тем более, что в ближайшее время от промышленности ожидалось поступление шести современных подводных минных заградителей II серии. Погибшие подводники были захоронены на Кронштадском кладбище в братской могиле. В сам ПМЗ «Рабочий» был сдан на слом.

Источники: Лисин,С. Хронология аварий и катастроф отечественных подводных лодок/ С.А.Лисин. - СПб.: Галея Принт, 2011.- 456 с.; Трусов, Г. Подводные лодки в русском и советском флоте/ Г.М.Трусов.- ГСИСП, Ленинград, 1957г. - 384 с.; Ковалёв, Э. Рыцари глубин:Хроника зари российского подплава /Э.А.Ковалев. - М.: «Центрполиграф», 2005. - 445 с.; Ковалёв, Э. Короли подплава в море червоных валетов: Хроника начального периода советсвого подводного плавания. 1918-1941 гг. /Э.А.Ковалев. - М.: «Центрполиграф», 2006. - 428 с.; Мужеников, В. Аварии и катастрофы подводных лодок 1901-2001. Часть 1. /В.Б.Мужеников. - СПб: "Галея-Принт", 2003. - 169 с.; Мужеников, В. Аварии и катастрофы подводных лодок 1901-2001. Часть 2. /В.Б.Мужеников. - СПб: "Галея-Принт", 2003. - 168 с.; Судостроение. - 1991 г.,- №5, С. 75.