Глава 2. Начало.
С тех пор Тема стал частенько наведываться к своей новой знакомой - бабушке Василине: бегал для нее в магазин или аптеку, с удовольствием играл в домино. Как выяснилось, они жили на соседних улицах, только семья Темы ютилась в старом деревянном бараке.
Однажды он заявился вместе с сестренкой Катькой. Василина открыла дверь, а там - Артемка с маленькой девочкой на руках, которая испуганно к нему прижималась.
- Я вас решил познакомить, - радостно сияя глазами, заявил мальчик.
- И что же... ты ее прямо на руках нес? - ахнула Василина, - надорвешься еще...
- Не надорвусь, я привычный, там внизу коляска старая, - махнул он рукой, - не украдут, кому такая нужна?
- Лучше сходи все-таки, занеси в квартиру, а я пока понянькаюсь. Ну иди ко мне, - она протянула руки к девочке, и та, оторвавшись от брата, вдруг доверчиво потянула к бабушке свои ручонки.
- Да ты ж моя хорошая, да ты ж моя золотая, - растроганно проворковала Василина, прижимая к себе трепетное детское тельце.
- Я мигом! - Темка устремился вниз по лестнице - за коляской.
- А ты моя бабуська? - вдруг четко проговорила малышка, внимательно рассматривая лицо склонившейся к ней женщины.
- Ну, конечно, - рассмеялась Василина и присела с ней на диван, - а тебя как зовут?
- Катя, Катюска...
- Ты ж моя радость...
Василина не могла прийти в себя от нахлынувших чувств: как давно она не держала на руках ребенка. Сын давно вырос, и копившаяся годами нежность вдруг вырвалась наружу.
- Господи, какое же это чудо и счастье.
Она осторожно прижала к себе девочку, а та порывисто обняла ее в ответ. Так и застал их вернувшийся Темка.
- Ну вот, я так и знал, - кивнул он удовлетворенно и присел рядом, - что вы... понравитесь друг другу.
Вскоре они сидели за столом и пили чай с фирменными пирогами Василины. Теперь у нее был повод стряпать почти ежедневно, и это доставляло ей огромную радость.
После обеда она заинтересовалась ножками Катюшки: почему она не ходит? Осмотрела их, ощупала и удовлетворенно кивнула:
- Будет ходить, это, видимо, осложнения после какой-то инфекции, вот ножки и ослабли. Массаж нужен несколько раз в день, это я как бывший массажист тебе говорю. Пусть ваша мама придет ко мне и я ее научу.
- Правда? - просиял мальчик, - она сможет ходить? Это возможно?
- Думаю, возможно, - улыбнулась в ответ Василина. - Была одна знаменитая в мире африканская бегунья - Вилма Рудольф, так вот она до 12 лет ходить не могла после полиомиелита, ее ногу братья и сестры по нескольку раз в день массировали, вот она и побежала потом, что не остановить. Столько мировых рекордов сделала. Лучшей в мире бегуньей стала.
- Вот здорово! - восхищенно воскликнул Темка, но вдруг что-то промелькнуло в его глазах, и он помрачнел.
- Она не придет, - насупившись, пробормотал он, - когда я пришел тогда с булочками и супом, она меня отругала, обозвала попрошайкой и сказала, чтоб больше такого не было. А я вот... не послушался. Потому что тоже хочу иметь бабушку! И Катька хочет...
Последние слова парнишка почти выкрикнул - с вызовом.
- Вот беда-то, - Василина погладила Тему по голове, - ты вот что... ты дай мне свой адрес, и я сама к вам схожу. Катю вашу спасать надо, пока не поздно...
- Вы только меня не выдавайте, - с отчаянием проговорил паренек, - скажите, что случайно увидели нас на скамейке и решили помочь.
- Ну ты и хитрый, - усмехнулась старушка и вздохнула, - еще маленький, а уже сообразительный.
- Я уже взрослый, мне скоро 12, - пробурчал мальчишка, - это просто я маленького роста, вот всем и кажется, что мне только 8. Но я обязательно вырасту.
- Конечно, вырастешь, - Василина снова погладила его по голове. Что-то кольнуло в груди.
- А вы приходите завтра, - сказал Темка, - у мамы выходной, а отчим будет на работе.
- Хорошо, так и сделаем...
Но уже этим же вечером, когда на улице разыгралась нешуточная гроза, и на Василину напала очередная необъяснимая хандра, в дверь постучали. На вопрос: "кто?" она в ответ услышала тоненький отчаянный голосок Темы:
- Бабушка Василина, это мы, с Катей и мамой. Мы убежали из дома... нам некуда идти.
Василина распахнула дверь и ахнула: на пороге стояли три жалкие, промокшие до нитки фигурки. Молодая женщина, с которой струями стекала вода, прижимала к груди сверток, завернутый в старое, наспех прихваченное покрывало.
- Батюшки, да вы все мокрые, заходите скорее.
Она пошире открыла дверь, приглашая нежданных гостей. Взяла на руки сверток, который тут же зашевелился и тихонько запищал.
- Да ты ж моя детонька, замерзла? - проворковала Василина, разворачивая ребенка. И Катюшка сразу же благодарно обвила ее шею руками:
- Бабуська, - прошептала она ласково.
- Простите нас, - пробормотала молодая женщина, топчась у порога и беспомощно оглядываясь, - мы вам тут луж наделали... Нам, правда, некуда идти...
- Ну и молодцы, что вспомнили про старуху, - радостно суетилась вокруг них Василина.
От ее хандры не осталось и следа.